Отсюда, при частичной реабилитации определение доли вреда, УПК РФ требование о возмещении имущественного вреда.

Содержание

Реабилитация в уголовном процессе: разъяснения высших судов России и ЕСПЧ

Быстрая навигация:Каталог статейИные вопросы Проблемы частичной реабилитации в уголовном судопроизводстве (Ефремова Н., Седельников П., Бондаренко А.)

Проблемы частичной реабилитации в уголовном судопроизводстве (Ефремова Н., Седельников П., Бондаренко А.)

Дата размещения статьи: 07.09.2014

Появление гл. 18 УПК РФ было принято с одобрением учеными и практикующими юристами. Прежде всего, приветствовалось, что институт реабилитации был регламентирован в кодифицированном уголовно-процессуальном законе. Критика и проблемы начались позже, когда институт реабилитации начал действовать. Среди многих проблем выделим вопрос о частичной реабилитации преследуемого лица, что обусловлено рядом причин.
Во-первых, стабильной судебной практики о возможности и пределах частичной реабилитации до настоящего времени не сложилось, что влечет жалобы на решения судов общей юрисдикции, обращения в Конституционный Суд РФ о признании тех или иных положений ст. 133 УПК РФ не соответствующими Конституции. Во-вторых, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 г. N 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» <1> (далее — Постановление Пленума Верховного Суда РФ N 17) хотя, по сути, подтверждено право и возможность частичной реабилитации, тем не менее не дано четких разъяснений по ряду вопросов, возникающих в следственной и судебной практике.
———————————
<1> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2012. N 1.

Реабилитация основана на конституционном праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. ст. 45, 49, 52, 53 Конституции РФ). В международном праве статьей третьей Протокола N 7 от 22 ноября 1984 г. к Конвенции о защите прав человека и основных свобод <2> предусмотрено право на компенсацию лицу, которое понесло наказание в случае судебной ошибки. По российскому уголовно-процессуальному законодательству основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ.
———————————
<2> СЗ РФ. 1998. N 31. Ст. 3835.

Особый интерес вызывает частичность реабилитации, связанная с прекращением уголовного преследования или оправдания в части, даже если подозрение или обвинение в остальной части подтвердилось. Понятия частичной реабилитации в законе не содержится. Тем не менее право на частичную реабилитацию признается. Право на реабилитацию в части напрямую предусмотрено п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ в отношении осужденного в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. п. 1 и 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Буквальное прочтение данной нормы позволяет сделать вывод, что ч. 2 ст. 133 УПК РФ не содержит непосредственных положений о праве на частичную реабилитацию подозреваемого или обвиняемого, уголовное преследование в отношении которого прекращено по одному из реабилитирующих оснований в части. Право на частичную реабилитацию наступает, если ранее виновность лица была установлена приговором суда.
В период с момента введения в действие УПК РФ и до 2005 г. (о чем свидетельствует судебная практика) решение о возмещении вреда, причиненного незаконным и необоснованным уголовным преследованием, принималось, если лицо было оправдано или преследование прекращено в полном объеме <3>.
———————————
<3> Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 19 января 2005 г. по делу N 81-о04-138 // СПС «КонсультантПлюс».

Такая практика была скорректирована решениями Конституционного Суда и Верховного Суда РФ.
Так, в Определении Конституционного Суда РФ N 19-О по жалобе И.А. Мухина указано, что И.А. Мухин обвинялся в совершении нескольких преступных деяний, каждое из которых предварительным следствием было квалифицировано по ст. ст. 285 и 290 УК РФ. По приговору Ростовского областного суда он, однако, был осужден за совершение лишь одного из вмененных ему деяний, а в остальной части оправдан в связи с непричастностью к совершению преступлений.
Как указал суд, ни в ст. 133 УПК РФ, ни в других статьях УПК РФ не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое было оправдано по приговору суда или в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования, на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления. По смыслу закона в таких ситуациях суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства <4>. Аналогичные положения содержатся в определениях Конституционного Суда РФ в связи с обращениями Н.Н. Рысевой, обвинявшейся в совершении преступлений, предусмотренных ст. 160, ч. 1 ст. 290, ч. 1 ст. 285 УК РФ <5>; И.В. Романова, также обвинявшегося в совершении ряда взаимосвязанных преступлений <6> и др.
———————————
<4> Определение Конституционного Суда РФ от 16 февраля 2006 г. N 19-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мухина И.А. на нарушение его конституционных прав пунктом 1 части второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // СПС «КонсультантПлюс».
<5> Определение Конституционного Суда РФ от 18 июля 2006 г. N 279-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Рысевой Н.Н. на нарушение ее конституционных прав статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // СПС «КонсультантПлюс».
<6> Определение Конституционного Суда РФ от 20 июня 2006 г. N 270-О «По жалобе гражданина Романова И.В. на нарушение его конституционных прав пунктом 2 части второй статьи 133, части первой статьи 134 и части седьмой статьи 246 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а также положениями ряда правовых актов, определяющих порядок возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда» // СПС «КонсультантПлюс».

В последние годы судебная практика рассмотрения обращений граждан в связи с частичной реабилитацией, основываясь на правовой позиции Конституционного Суда РФ, становится более стабильной.
Рассматривая кассационную жалобу Е. на приговор Верховного суда Республики Саха, по которому Е. был оправдан по ст. 105 УК РФ за непричастностью к совершению преступления, а преследование в совершении хищения чужого имущества в отношении его было прекращено за примирением сторон, Судебная коллегия Верховного Суда РФ отменила постановление Верховного суда Республики Саха, которым было отказано в удовлетворении ходатайства Е. о признании за ним права на реабилитацию. В Кассационном определении Верховного Суда РФ указано, что «реабилитация может быть не только полной, но и частичной» <7>. Суд надзорной инстанции при рассмотрении жалобы на приговор Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия, по которому подсудимые были признаны виновными по ч. 2 ст. 201 УК РФ и в то же время оправданы по ч. 4 ст. 159 УПК РФ, указал, что при постановлении оправдательного приговора в части предъявленного обвинения суд обязан признать право на реабилитацию <8>. По приговору Вагайского районного суда Тюменской области от 12 мая 2006 г. Ю. был осужден за совершение двух преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам решение в части одного из преступлений отменила и уголовное преследование прекратила на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ ввиду отсутствия состава преступления, признав за лицом в этой части право на реабилитацию <9>.
———————————
<7> Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 16 февраля 2010 г. N 74-о10-1 // СПС «КонсультантПлюс».
<8> Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26 января 2012 г. N 73-Д11-2 // СПС «КонсультантПлюс».
<9> Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24 апреля 2012 г. N 89-Д12-4 // СПС «КонсультантПлюс».

Общее положение о праве на реабилитацию при принятии решений об оправдании лица либо прекращении уголовного дела полностью или частично содержится в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 17. В п. 3 указанного Постановления приводится конкретная ситуация и разъясняется, что право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по реабилитирующим основаниям, предусмотренным ч. 2 ст. 133 УПК РФ по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения, например, при прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, предусмотренного ст. 105 УК РФ, при обвинении в убийстве и краже.
Обратим внимание, что в данном случае речь идет о прекращении преследования или оправдании в части самостоятельного обвинения. Например, аналогично, по нашему мнению, решается вопрос о реабилитации, если прекращено преследование за отсутствием состава преступления, предусмотренного ст. 158 УК РФ (кража), при признании виновным по ст. 213 УК РФ (хулиганство); если прекращено преследование за отсутствием состава преступления, предусмотренного ст. 158 УК РФ, при признании виновным также по ст. 158 УК РФ при совершении нескольких самостоятельных преступлений (например, серии краж из квартир граждан). В приведенных примерах обвинение могло осуществляться каждое в рамках самостоятельного уголовного дела, и тогда прекращение одного из них по реабилитирующему основанию (или вынесение по делу оправдательного приговора) никаких сомнений в праве на полную реабилитацию не вызывало бы, так как расследование по делам осуществлялось раздельно. Но дела соединены в одно производство, и появляется право уже на частичную реабилитацию. Отсюда следует, что формальное решение о соединении дел при наличии на то оснований не должно вызывать сомнений в праве на реабилитацию.
По нашему мнению, частичность реабилитации можно рассматривать в двух направлениях: а) прекращение обвинения или оправдание в части самостоятельного преступления; б) принятие реабилитационных мер только в отношении тех прав, тех ограничений, которые не пересекаются (не совпадают или не затрагиваются) в рамках уголовного преследования по другим преступлениям.
Представим такую ситуацию. Лицо задержали по подозрению в краже на основании ст. 91 УПК РФ, впоследствии оно было заключено под стражу. В ходе предварительного расследования установлено, что данное лицо совершило убийство. Уголовные дела соединены в одно производство. Срок содержания под стражей после соединения дел продлен. Впоследствии лицо привлечено к уголовной ответственности за убийство, уголовное преследование в совершении кражи прекращено по основаниям, предоставляющим право на реабилитацию. Таким образом, основной вред, связанный с уголовным преследованием в совершении кражи лицо понесло, находясь под стражей, в том числе и за убийство, и потому возмещение имущественного вреда, включающего в себя возмещение сумм и расходов, указанных в ч. 1 ст. 135 УПК РФ, которых лицо лишилось в результате содержания под стражей, на наш взгляд, невозможно. Вместе с тем право на возмещение морального вреда (за незаконное преследование в краже) может быть реализовано в форме денежной компенсации, если такое решение примет суд в порядке гражданского судопроизводства.
В подтверждение данного положения приведем пример из судебной практики. Органом расследования Н. было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 213, п. «д» ч. 2 ст. 111, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Приговором Советского районного суда г. Омска из обвинения Н. был исключен квалифицирующий признак «из хулиганских побуждений», соответственно, деяние с ч. 2 ст. 111 УК РФ переквалифицировано на ч. 1 ст. 111 УК РФ, а по ст. 213 УК РФ Н. оправдан за отсутствием состава преступления.
Н. обратился в суд с иском о возмещении имущественного и морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности за хулиганство. Мотивируя размер возмещенного морального вреда, суд указал: «Н. оправдан в части обвинения, однако Н. осужден за причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью. Процессуальная ошибка органов следствия никак не отразилась на избрании в отношении его меры пресечения в виде содержания под стражей».
В пользу Н. взыскано 500 руб. при заявленном им размере иска в 1 млн. руб. В то же время в возмещении имущественного вреда Н. было отказано. Суд признал несостоятельными доводы истца о том, что неправильным обвинением ему причинен материальный ущерб в виде лишения заработной платы и стипендии, поскольку в момент избрания меры пресечения в виде заключения под стражу действия Н. были квалифицированы по ч. 1 ст. 111 УК РФ, по которой он впоследствии осужден к реальному лишению свободы» <10>.
———————————
<10> Архив Советского районного суда г. Омска за 2012 г. Дело N 2-4279/2012.

Представляется, что нуждается в дополнительном разъяснении прекращение преследования по одному из преступлений, указанных в обвинении и имеющих определенную связь. Например, при обвинении: в краже чужого имущества (ст. 158 УПК РФ) и вовлечении несовершеннолетнего в совершение этой кражи (ст. 150 УК РФ); в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью (ст. 112 УК РФ) и угрозе убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК РФ) и т.п. Соответственно, итоговые решения по расследованным преступлениям могли быть разными, в том числе реабилитирующими в части (частичная реабилитация).
И хотя в приведенных случаях по каждому составу преступления обвинение самостоятельно, и, соответственно, формально возникает право на частичную реабилитацию (например, если суд при обвинении лица по ст. ст. 158 и 150 УК РФ оправдал подсудимого по ст. 150 УК РФ), однако представляется, что причинение вреда незаконными действиями органов расследования, связанное с обвинением по ст. 150 УК РФ, требует доказывания в суде.
В связи с этим представляют интерес положения п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 17, в которых перечислены обстоятельства, не дающие обвиняемому, подозреваемому, осужденному право на реабилитацию, так как они, данные обстоятельства, не свидетельствуют о незаконности или необоснованности уголовного преследования:
1) преступные действия указанных лиц переквалифицированы или из обвинения этих лиц исключены квалифицирующие признаки;
2) из обвинения названных лиц исключены ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений;
3) приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, при переквалификации содеянного со ст. 105 УК РФ на ч. 4 ст. 111 УК РФ);
4) мера наказания осужденным снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого.
Соответственно, приведенные ситуации исключают и частичную реабилитацию. Среди приведенных случаев обратим внимание на отсутствие права на реабилитацию при исключении ошибочно вмененных статей УК РФ при идеальной совокупности преступлений.
Так, если в процессе вымогательства взятки либо предмета коммерческого подкупа должностное лицо либо лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, совершило действия (бездействие), повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций, содеянное при наличии к тому оснований должно быть дополнительно квалифицировано по ст. ст. 285, 286 или 201 УК РФ <11>. Если в ходе расследования или в судебном разбирательстве не найдут подтверждения признаки существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций, дополнительная квалификация окажется излишней. Возможна ли в этом случае реализация права на реабилитацию? Согласно разъяснению Постановления Пленума Верховного Суда N 17 — нет.
———————————
<11> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 г. N 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2013. N 9.

В связи с этим следует обратить внимание на то, как в подобных ситуациях поступает суд, рассматривающий уголовное дело по существу, какое решение принимает он. В соответствии с п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г. N 1 «О судебном приговоре» всякое изменение обвинения в суде должно быть мотивировано в описательной части приговора <12>.
———————————
<12> Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. N 7.

Если подсудимый совершил одно преступление, которое ошибочно квалифицировано несколькими статьями уголовного закона, суд только в описательно-мотивировочной части приговора должен указать на исключение ошибочно вмененной подсудимому статьи уголовного закона, приведя соответствующие мотивы. В случаях, когда подсудимому вменено совершение преступления, состоящего из нескольких эпизодов продолжаемой преступной деятельности и подпадающего под действие одной статьи уголовного закона, и обвинение в совершении некоторых из них не подтвердилось, то, если это не влечет изменение квалификации содеянного, суду достаточно в описательной части приговора с приведением надлежащих мотивов сформулировать вывод о признании обвинения в этой части необоснованным <13>. То есть суд в приведенных случаях не принимает решение об оправдании или прекращении преследования в части. Соответственно, и для права на реабилитацию оснований нет.
———————————
<13> Там же.

Например, при обвинении в совершении преступления, предусмотренного ст. 160 УК РФ, состоящего из нескольких эпизодов, при неподтверждении одного из эпизодов право на частичную реабилитацию возникать не должно, так как в этом случае не принимается решение, предусмотренное ч. 1 ст. 133 УПК РФ.
Органами расследования У. предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 162 УК РФ, ч. 4 ст. 166 УК РФ и ч. 1 ст. 213 УК РФ. Первомайским районным судом г. Омска У. осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ, а также ч. 4 ст. 166 УК РФ к реальному сроку лишения свободы. По ч. 1 ст. 213 УК РФ уголовное преследование в отношении У. прекращено в связи с отказом прокурора от обвинения, так как У. совершил преступление из корыстных побуждений и его действия охватывались ч. 2 ст. 162 УК РФ.
Суд в удовлетворении ходатайства У. о возмещении ему имущественного вреда отказал по фактическому и формальному основанию, указав, в частности, что в соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ N 17 исключение из обвинения ошибочно вмененной статьи при идеальной совокупности преступлений либо уменьшение объема обвинения, но не исключающее его, не дают право на реабилитацию <14>.
———————————
<14> Архив Первомайского районного суда г. Омска за 2013 г. Дело N 2-153/2013.

Вместе с тем в судебной практике имеются примеры удовлетворения исков о возмещении морального вреда в порядке ч. 1 ст. 135 УПК РФ в схожих ситуациях. Суд в порядке гражданского судопроизводства удовлетворял исковые требования о возмещении морального вреда, если:
— не подтвердилось обвинение по отдельным эпизодам, например, при покушении на сбыт наркотического средства (ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ) <15>;
———————————
<15> Архив Калачинского городского суда Омской области за 2013 г. Дело N 2-44/2013.

— не подтвердился умысел на хищение документов (ст. 325 УК РФ) и повреждение чужого имущества (ст. 167 УК РФ) при совершении кражи чужого имущества <16>;
———————————
<16> Архив Советского районного суда г. Омска за 2012 г. Дело N 2-388/2012; архив Советского районного суда г. Омска за 2013 г. Дело N 2-741/2013.

— не подтвердилось обвинение в сбыте наркотического средства, но подсудимый признан виновным в хранении и приобретении наркотических средств <17>;
———————————
<17> Архив Кировского районного суда г. Омска за 2013 г. Дело N 2-317/2013.

— при вымогательстве исключены эпизоды в отношении нескольких потерпевших, при подтверждении вымогательства в отношении других потерпевших <18>.
———————————
<18> Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 февраля 2013 г. N 31-О13-4 // СПС «КонсультантПлюс».

Возмещение морального вреда в таких случаях осуществляется в соответствии с ч. 2 ст. 133, ст. ст. 134, 136 УПК РФ, а также ст. ст. 151, 1069, 1070, 1100 и др. ГК РФ.
Представляется, что в приведенных ситуациях при прекращении преследования в части право на реабилитацию в порядке уголовного судопроизводства возникать не должно.

 

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:



Вернуться на предыдущую страницу

Последние новости
10 января 2020 г.
Проект Федерального закона № 877880-7 "О внесении изменений в Федеральный закон "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации"

Законопроект предлагает введение единого федерального реестра турагентов. Предусматривается, что реестр будет функционировать в виде подсистемы информационной системы «Единый федеральный реестр туроператоров». Внесение сведений о турагенте осуществляется туроператором путем заполнения электронных форм или размещения информации в личном кабинете туроператора в системе Единого федерального реестра туроператоров или автоматизированного взаимодействия информационной системы туроператора с реестром турагентов.

20 декабря 2019 г.
Проект Федерального закона № 864881-7 "О государственном регулировании деятельности по перевозке легковыми такси и деятельности служб заказа легкового такси и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации"

Законопроект призван упорядочить отношения, возникающие между органами государственной власти и лицами, осуществляющими деятельность по перевозке легковым такси, службами заказа легкового такси, а также отношения, возникающие между лицами, осуществляющими деятельность по перевозке легковым такси, и службами заказа легкового такси. 

4 декабря 2019 г.
Проект Федерального закона № 851072-7 "Об обязательных требованиях в Российской Федерации"

Законопроект определяет правовые и организационные основы установления, оценки применения обязательных требований, содержащихся в нормативных правовых актах Российской Федерации, оценка соблюдения которых осуществляется в рамках государственного контроля (надзора), муниципального контроля, привлечения к административной ответственности, предоставления государственных и муниципальных услуг, оценки соответствия продукции и иных форм оценок и экспертиз.

21 ноября 2019 г.
Проект Федерального закона № 840167-7 "О внесении изменений в Федеральный закон "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств"

Переход к ценообразованию в сфере ОСАГО, базирующийся на рыночных принципах и конкуренции, предоставлении страховщикам права самостоятельно определять подход к применению базовых ставок страховых тарифов в пределах их максимальных и минимальных значений, регулируемых Банком России, с учетом личностных характеристик страхователя и лиц, допущенных им к управлению транспортным средством, в частности, наличия у таких лиц неоднократных административных наказаний за грубые нарушения ПДД.

7 ноября 2019 г.
Проект Федерального закона № 831599-7 "О внесении изменений в Федеральный закон "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации"

Актуальность проекта федерального закона связана с необходимостью создания правового регулирования, благодаря которому только добросовестные турагенты и туроператоры смогут осуществлять свою деятельность в туристской сфере на территории Российской Федерации. Без введения обязательности формирования электронной путевки и размещения сведений о ней в системе туроператорами и турагентами невозможно обеспечить достижение поставленных перед системой целей и выполнение стоящих задач. 

В центре внимания:

Недоказанный убыток (Лермонтов Ю.)

Дата размещения статьи: 28.01.2020

подробнее>>

Коррупция — дело общественное. Минтруд разработал рекомендации корпоративного поведения (Фомина Л.)

Дата размещения статьи: 28.01.2020

подробнее>>

Субсидии без НДС (Лермонтов Ю.)

Дата размещения статьи: 28.01.2020

подробнее>>

Неопределенная осмотрительность. Как надо правильно выбирать контрагента (Ненашева Н.)

Дата размещения статьи: 28.01.2020

подробнее>>

И дать и взять. Особенности применения давальческой схемы (Илларионов А.)

Дата размещения статьи: 28.01.2020

подробнее>>

Бесплатная консультация юриста по телефонам:

  • Москва, Московская область
    +7 (499) 703-47-96
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 309-56-72
  • Федеральный номер
    8 (800) 555-67-55 доб. 141

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: О порядке возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина

возмещение морального вреда при реабилитации осуществляется в порядке размера возмещения имущественного вреда при частичной отмене.

Прокуроры об актуальном в законодательстве

4. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, исходя из необходимости реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию, определяет реабилитацию как порядок восстановления прав и свобод и возмещения вреда, причиненного в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, и признает за реабилитированными лицами безусловное право на его возмещение (пункты 34 и 35 статьи 5, статья 6).

В соответствии со статьей 133 УПК Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах; вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть первая); право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4-6 части первой статьи 27 данного Кодекса; осужденный — в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 данного Кодекса; лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, — в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры (часть вторая); право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 данного Кодекса, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (часть третья); в иных случаях, кроме предусмотренных данным Кодексом, вопросы, связанные с возмещением вреда, разрешаются в порядке гражданского судопроизводства (часть пятая).

Установленный в уголовном процессе порядок возмещения вреда предполагает, что суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель — в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию; одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием (часть первая статьи 134 УПК Российской Федерации). В течение сроков исковой давности, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, со дня получения данного извещения реабилитированный вправе обратиться с требованием о возмещении имущественного вреда в орган, постановивший приговор и (или) вынесший определение, постановление о прекращении уголовного дела, об отмене или изменении незаконных или необоснованных решений, который в срок не позднее одного месяца со дня поступления требования о возмещении имущественного вреда определяет его размер и выносит постановление о производстве выплат в возмещение этого вреда (части вторая и четвертая статьи 135 УПК Российской Федерации). Постановления судьи, следователя, дознавателя о производстве выплат, возврате имущества могут быть обжалованы в уголовно-процессуальном порядке (статья 137 УПК Российской Федерации).

Согласно части пятой статьи 135 УПК Российской Федерации требование о возмещении имущественного вреда разрешается судьей в порядке, установленном статьей 399 данного Кодекса для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора. По смыслу этого законоположения во взаимосвязи со статьей 133, частью первой статьи 134, частями второй и четвертой статьи 135, пунктом 1 статьи 397 и частью первой статьи 399 УПК Российской Федерации, вопрос о производстве выплат в возмещение имущественного вреда и определении их размера в процедурах, установленных для стадии исполнения приговора, разрешается непосредственно судом в тех случаях, когда право на реабилитацию ранее признано в оправдательном приговоре или в определении, постановлении вышестоящей судебной инстанции о прекращении уголовного дела; в случаях же признания права на реабилитацию следователем или дознавателем данный вопрос решается органом предварительного расследования, прекратившим уголовное дело.

При этом следователь, дознаватель в целях реализации вытекающего из Конституции Российской Федерации принципа максимально возможного его возмещения, руководствуются как положениями части первой статьи 135 УПК Российской Федерации, предусматривающими виды выплат и имущества, подлежащих возврату, так и иными положениями законодательства, устанавливающими общие правила определения размера возмещения вреда. Иски же о компенсации морального вреда (в денежном выражении) предъявляются в порядке гражданского судопроизводства, в этом же порядке обжалуются решения о восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав реабилитированного (часть вторая статьи 136 и часть первая статьи 138 УПК Российской Федерации).

Таким образом, действующий уголовно-процессуальный порядок признания права на возмещение имущественного вреда в связи с реабилитацией, в том числе на стадии досудебного производства по уголовному делу, в соответствии с требованиями статей 45, 49, 52 и 53 Конституции Российской Федерации во всех случаях создает для реабилитированных лиц упрощенный по сравнению с исковым порядком гражданского судопроизводства режим правовой защиты, освобождающий их от бремени доказывания оснований и размера возмещения вреда и одновременно предоставляющий им возможность участвовать в доказывании объема компенсации, а также возможность обжалования принятых об этом решений в случае несогласия с ними.

5. Как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, ни конституционное право на судебную защиту, ни принципы состязательности и равноправия сторон, ни общеправовой принцип равенства не предполагают выбор гражданином по своему усмотрению любых способов и процедур судебной защиты (постановления от 28 января 1997 года N 2-П, от 16 июля 2004 года N 15-П и др.), законодатель же управомочен как на установление процедур, в рамках которых осуществляется возмещение вреда реабилитированным лицам, так и на дальнейшее их совершенствование, если эти процедуры недостаточно ясны или пробельны (постановления от 2 февраля 1996 года N 1-П, от 17 июля 2002 года N 13-П, от 20 февраля 2006 года N 1-П и др.).

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, не предусматривая непосредственно, каким образом реабилитированное лицо, уголовное преследование в отношении которого было прекращено на стадии досудебного производства органом предварительного расследования, может получить судебное решение, подтверждающее его право на возмещение имущественного вреда, причиненного уголовным преследованием, вместе с тем не исключает такую возможность.

В связи с тем что Федеральным законом от 27 декабря 2005 года N 197-ФЗ Бюджетный кодекс Российской Федерации был дополнен главой 24.1 «Исполнение судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», согласно статье 242.1 которой обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации осуществляется только по судебному акту, были внесены необходимые изменения в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «Об исполнительном производстве», направленные на приведение этих нормативных актов в соответствие с предписаниями статьи 242.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации.

При внесении указанных дополнений в Бюджетный кодекс Российской Федерации федеральный законодатель обязан был учесть, что соответствующие положения уголовно-процессуального законодательства не должны создавать препятствий для обращения взыскания на средства бюджета в целях возмещения гражданам имущественного вреда, причиненного незаконным и (или) необоснованным уголовным преследованием. Такой подход, вытекающий из статьи 53 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 15 (часть 2), 17 (часть 2), 18, 45, 46 и 52, предполагал внесение поправок и в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, обусловленных изменением бюджетного законодательства, что, однако, — в отступление от правил законодательной техники — не было своевременно осуществлено.

В результате в действующем правовом регулировании института реабилитации лиц, незаконно подвергнутых уголовному преследованию, возникла формальная несогласованность между взаимосвязанными положениями частей второй и четвертой статьи 135 УПК Российской Федерации относительно вынесения следователем, дознавателем не требующего подтверждения в судебном порядке постановления о производстве выплат в целях компенсации имущественного вреда лицам, реабилитированным на стадии досудебного производства по уголовному делу, с одной стороны, и положениями статей 242.1 и 239 Бюджетного кодекса Российской Федерации, допускающими взыскание из средств бюджетов бюджетной системы Российской Федерации только по судебному акту, — с другой.

Данная несогласованность, порождающая на практике противоречивое правоприменение, нуждается в законодательном устранении, в связи с чем федеральный законодатель — с учетом как повышенного уровня гарантий государственной защиты реабилитированных лиц, так и провозглашенного им иммунитета бюджетов бюджетной системы Российской Федерации — должен установить непротиворечивый, адекватный правовой механизм возмещения имущественного вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, на стадии досудебного производства по уголовному делу, который обеспечивал бы реабилитированным лицам эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего общеправовым требованиям справедливости и равенства.

Вместе с тем отсутствие такого законодательного механизма не может приостанавливать реализацию конституционного права граждан на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, гарантированного Конституцией Российской Федерации, в том числе на стадии досудебного производства по уголовному делу. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, пробел в законодательном регулировании, сохраняющийся в результате бездействия законодательных органов государственной власти в течение длительного времени, достаточного для его устранения, не может служить непреодолимым препятствием для реализации вытекающих из Конституции Российской Федерации прав и законных интересов граждан. В случаях, когда коллизия правовых норм приводит к коллизии реализуемых на их основе конституционных прав, вопрос об устранении такого противоречия приобретает конституционный аспект и, следовательно, относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, который обеспечивает в этих случаях выявление конституционного смысла действующего права (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 декабря 1997 года N 21-П, от 2 февраля 1999 года N 3-П и от 23 февраля 1999 года N 4-П).

6. Возникшая несогласованность предписаний статьи 242.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации с иным отраслевым регулированием института реабилитации, препятствующая эффективной реализации права на возмещение вреда, причиненного незаконным и (или) необоснованным уголовным преследованием, не обусловливает признание данной статьи не соответствующей Конституции Российской Федерации, поскольку сами по себе ее положения не ограничивают право на возмещение указанного вреда.

Исходя из этого статья 242.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации — по своему конституционно-правовому смыслу во взаимосвязи с положениями частей второй, четвертой и пятой статьи 135 УПК Российской Федерации — предполагает, что обязанности взыскателя средств бюджета приложить к исполнительному документу копию судебного акта, на основании которого он выдан, корреспондирует право данного лица на обращение в суд с требованием о принятии судебного акта относительно возмещения вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием. Соответственно, положение части пятой статьи 135 УПК Российской Федерации о том, что требование о возмещении имущественного вреда разрешается судьей в порядке, установленном статьей 399 данного Кодекса для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора, — во взаимосвязи с положениями статьи 133, частей второй и четвертой статьи 135, статей 137 и 138 УПК Российской Федерации — означает, что данная процедура применяется для возмещения имущественного вреда не только лицам, право на реабилитацию которых признано оправдательным приговором или определением, постановлением вышестоящей судебной инстанции о прекращении уголовного дела, но и лицам, реабилитированным на стадии досудебного производства по уголовному делу, что согласуется также с пунктом 1 статьи 397 УПК Российской Федерации, в силу которого вопросы, связанные с возмещением вреда реабилитированному, восстановлением его трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав, рассматриваются судом в порядке, установленном для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора.

В силу принципа равенства перед законом и судом (статья 19, часть 1, Конституции Российской Федерации) реабилитированным на стадии досудебного производства по уголовному делу обеспечиваются процессуальные гарантии права на доступ к правосудию в процедуре статьи 399 УПК Российской Федерации, аналогичные гарантиям, предоставляемым лицам, в отношении которых уголовное преследование было прекращено судом, включая право на получение судебного решения о производстве выплат в возмещение вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием. Такой — судебный — порядок, помимо прочего, является дополнительной гарантией от произвольного определения органами предварительного расследования размера возмещения вреда и позволяет как самому реабилитированному, так и органам, представляющим казну Российской Федерации, отстаивать свою позицию по данному вопросу.

Иное истолкование положений статьи 242.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, как исключающих для реабилитированных по постановлению следователя, дознавателя возможность обратиться за судебным решением о производстве выплат в возмещение имущественного вреда в рамках процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом (статья 133, части вторая, четвертая и пятая статьи 135, статьи 397 и 399 УПК Российской Федерации), не обеспечивало бы для лиц, реабилитированных на разных стадиях уголовного судопроизводства, юридическое равенство в реализации посредством уголовно-процессуальных процедур конституционного права на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, и вело бы к нарушению статей 19 (части 1 и 2), 52 и 53 Конституции Российской Федерации.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, частями первой и второй статьи 71, статьями 72, 74, 75, 79 и 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации постановил:

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Возмещение вреда, причиненного здоровью и жизни

УПК РФ, возмещение лицу имущественного вреда при реабилитации включает в себя возмещение: – заработной платы, пенсии, пособия, других.

Основания возникновения права на реабилитацию

Смирнов А.В. Калиновский К.Б. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Смирнова. СПб.: Питер, 2003. 1008 с.

Статья 133. Основания возникновения права на реабилитацию

1. Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
2. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют:
1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор;
2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного или частного обвинителя от обвинения;
3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4–6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;
4) осужденный – в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;
5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, – в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.
3. Право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.
4. Правила настоящей статьи не распространяются на случаи, когда примененные в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния.
5. В иных случаях вопросы, связанные с возмещением вреда, разрешаются в порядке гражданского судопроизводства.

1.В юридическом смысле  термин «реабилитация» означает восстановление в правах.Нормы данной главы развивают предусмотренное ст. 53 Конституции РФ право каждого гражданина на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

2. В части 1  комментируемой статьи говорится о возмещении вреда, причиненного лицув результате уголовного преследования, в полном объеме. Полное возмещение вреда согласно гражданскому законодательству (ст. 1082 ГК РФ) состоит в том, что лицо, ответственное за причинение вреда, обязано возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или полностью возместить причиненные убытки. Под убытками понимается выраженный в денежной форме ущерб, который причинен одному лицу противоправными действиями другого лица. В это понятие входят, во-первых, расходы, произведенные кредитором, во-вторых, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) и, в-третьих, доходы, которые он получил бы, если бы не противоправные действия должника (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Полное возмещение вреда предполагает компенсацию не только имущественного, но и морального вреда, однако, согласно ч. 2 ст. 136 возмещение морального вреда при реабилитации  осуществляется в порядке гражданского судопроизводства.

3. По буквальному содержанию ч. 1 ст. 133 УПК РФ вредв полном объеме и независимо от вины правоприменителя возмещается лишь тогда, когда он является результатом уголовного преследования, которое текстуально не вполне точно увязано в этой статье с действиями суда. Необходимо учитывать, что суд не является субъектом уголовного преследования (ст. 15 УПК РФ), хотя вследствие его решений, даже напрямую не связанных с реализацией уголовной ответственности, лицу также может быть причинен незаконный и необоснованный вред (например, вследствие исполнения постановления суда о приводе, о наложении денежного взыскания).

4. Следует иметь в виду, что вопросы ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, регулируются также ст. 1070 ГК РФ. Представляется, что нормы гражданского права, установленные названной статьей, должны подвергнуться распространительному толкованию. Установленные в ней условия наступления ответственности органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда расширяются за счет оснований, предусмотренных комментируемой статьей УПК РФ. В силу ст. 4 Закона "О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" нормы нового УПК имеют приоритет над нормами всех других законов, связанных с уголовно-процессуальным правом, в т.ч. и над ст. 1070 ГК РФ в ее нынешней редакции. Так, до введения в действие нового УПК  возмещению в порядке ст. 1070 ГК РФ подлежал только вред, причиненный в результате незаконного привлечения лица к уголовной ответственности, применения мер пресечения заключение под стражу и подписки о невыезде. Отныне к этим случаям добавляется право на возмещение вреда вследствие незаконного или необоснованного применения принудительных мер медицинского характера, а также незаконного применения любых других мер процессуального принуждения. Ранее вред, причиненный судьей при осуществлении правосудия, возмещался лишь в случае, если вина судьи была установлена приговором суда. На основании ч. 1 ст. 133 УПК вред, причиненный судом при осуществлении уголовного правосудия, возмещается теперь независимо от вины суда.

4. Согласно части 2 настоящей статьи имеют право на реабилитацию:

1)  Подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор по следующим основаниям: не установлено событие преступления; подсудимый не причастен к совершению преступления; в деянии подсудимого нет признаков преступления; в отношении подсудимого коллегией присяжных заседателей вынесен оправдательный вердикт (ч. 2 ст. 302).

2) Подсудимый, уголовное преследование (дело) в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного или частного обвинителя от обвинения (ч. 3 ст. 249, п. 2 ст. 254);

3) Подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено:

·                            в связи с отсутствием события преступления; отсутствием в деянии состава преступления; отсутствием заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению; отсутствием согласия суда на возбуждение уголовного дела или на привлечение в качестве обвиняемого, когда по закону (п. 1–5, 9, 10 ч. 1 ст. 448)  такое согласие необходимо (п. 1, 2, 5, 6 ч. 1 ст. 24); 

·                            в связи с непричастностью подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления; при наличии в отношении подозреваемого или обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению; при наличии в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела; при отказе Совета Федерации или Государственной Думы Федерального собрания РФ в удовлетворении ходатайства Генерального прокурора РФ о направлении уголовного дела в отношении члена Совета Федерации или депутата Государственной Думы в суд; при отказе Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в даче согласия на привлечение к уголовной ответственности Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации; при отказе Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица (п. 1, 4 – 8 ч. 1 ст. 27).

4) Осужденный – в случаях полной или частичнойотмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по следующим основаниям: ввиду непричастности подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления (п. 1 ст. 27) или при наличии оснований, предусмотренных для отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела (п. 1, 2, 5, 6 ч. 1 ст. 24). В пункте 4 части 2 комментируемой статьи упоминается п. 2 ч. 1 ст. 27 как основание для отмены обвинительного приговора и прекращения дела, влекущее реабилитацию. Однако этот пункт содержит ссылку на п. 1– 6 ч. 1 ст. 24, где названы различные основания для прекращения уголовного дела, не все из которых влекут за собой реабилитацию обвиняемого. Так, согласно ч. 4  ст. 133, такое основание, как истечение сроков давности уголовного преследования (п. 3 ч. 1 ст. 24), права на реабилитацию не создает. По смыслу п. 4 ч. 1 ст. 24, прекращение уголовного дела ввиду смерти обвиняемого также означает, что отсутствует необходимость в продолжении производства в целях реабилитации умершего. Если такая необходимость признана, должно иметь место не прекращение вышестоящим судом дела, а направление его на новое рассмотрение в суд первой инстанции и вынесение оправдательного приговора, который и приведет к реабилитации. Указанные изъятия необходимо учитывать при применении комментируемой статьи. Трудности могут возникнуть при определении размера возмещения имущественного вреда при частичной отмене обвинительного приговора, т.к. абсолютно точно вычленить долю вреда, причиненного частично незаконным и необоснованным уголовным преследованием, завершившимся обвинительным приговором, не всегда представляется возможным (например, в случае, когда обвиняемому неправильно инкриминировалась идеальная совокупность преступлений). Представляется, что при частичной реабилитации определение доли вреда, не подлежащего возмещению, в случаях, поддающихся арифметической оценке, может осуществляться путем синтетического пропорционального подхода, а именно, пропорционально тому соотношению, в котором находятся срок или размер наказания,  оставленные в силе вышестоящим судом, и общий срок и размер наказания, первоначально назначенный по приговору, подвергшемуся пересмотру. Остальной вред подлежит возмещению.

5) Лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, предусмотренные гл. 15 УК РФ и гл. 51 УПК РФ – в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

5. В части 3 данной статьи упоминается лишь о незаконных действиях органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда в отношении лиц, подвергнутых мерам процессуального принуждения. Однако применение этих мер может быть и вполне правомерным, если для этого в тот момент имелись законные процессуальные основания. Например, лицо было задержано, вследствие ошибочного указания на него потерпевшим и очевидцами; затем ошибка была обнаружена и задержанного освободили, причем ему был причинен в ходе задержания вред. В подобных случаях было бы несправедливо отказывать лицу в возмещении вреда. Представляется, что возмещению подлежит как вред, причиненный реабилитированному при совершении в отношении него собственно незаконных или необоснованных действий, так и в результате законных и обоснованных на момент своего производства действий, которые, однако, были связаны с напрасным уголовным преследованием. Вместе с тем, исчерпывающий перечень мер процессуального принуждения дан в гл. IV настоящего Кодекса. Среди них не названы такие  принудительные меры как обыск, выемка и другие следственные действия, осуществляемые в принудительном порядке, за исключением личного обыска (ст. 93). По буквальному смыслу этих норм не возникает право на возмещение вреда в порядке, установленном гл. 18 УПК РФ, например, в случае его причинения лицу при проведении следователем, органом дознания или дознавателем незаконного обыска в жилище или ином месте (ст. 182), хотя подлежит вред, причиненный при личном обыске (ст. 93, 184). На наш взгляд, такой подход был бы не логичен и явно несправедлив, поэтому понятие мер процессуального принуждения для целей данной статьи следует толковать расширительно – как любые принудительные процессуальные (в т.ч. следственные) действия, произведенные органом дознания, дознавателем, следователем, прокурором и судом в ходе уголовного судопроизводства.

6. Иными случаями причинения вреда, которые  согласно части 5 данной статьи рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства, могут быть, например, случаи причинения вреда незаконными действиями, произведенными при осуществлении оперативно-розыскных мероприятий, неправомерными действиями судебного пристава или судебного пристава-исполнителя  и т.д. Такой вред должен возмещаться по основаниям и в порядке, предусмотренном ст. 1064, 1069 ГК РФ.

 

в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, 4) осужденный — в случаях полной или частичной отмены вступившего в.