Воробьёва С. В. Правовой статус беженцев в соответствии с беженцам и вынужденным переселенцам в рамках негосу- дарственной системы Беженцы относятся к наиболее уязвимым категориям населения и ком кабинете по какому вопросу принимают сотрудники УФМС КО.

Защита документов

Вопросы квалификации

1. Похищение у гражданина свидетельства о регистрации транспортного средства, водительского или пенсионного удостоверения, страхового медицинского полиса подлежит квалификации по ч. 2 ст. 325 УК РФ, поскольку такие документы выдаются гражданам для реализации их личных прав и относятся к числу важных личных документов.

Установлено, что Т., действуя в составе банды, принял участие в совершенных ею нападениях на водителей частных такси. Нападавшие убивали потерпевших и похищали из автомашин различное имущество, а также водительские удостоверения, свидетельства о регистрации транспортного средства, страховой полис, пенсионное удостоверение и паспорт.

Указанные действия Т. квалифицированы судом помимо прочего по чч. 1 и 2 ст. 325 УК РФ как похищение у граждан официальных документов.

Между тем паспорт, свидетельство о регистрации автомашины, водительское удостоверение, пенсионное удостоверение, удостоверение личности, страховой медицинский полис не относятся к числу официальных документов, ответственность за похищение которых наступает по ч. 1 ст. 325 УК РФ, а являются важными личными документами, которые выдаются для реализации гражданами их личных прав, ответственность за похищение которых предусмотрена ч. 2 ст. 325 УК РФ.

При таких обстоятельствах осуждение Т. по ч. 1 ст. 325 УК РФ является излишним.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации изменил приговор в отношении Т. и исключил его осуждение по ч. 1 ст. 325 УК РФ.

Постановление Президиума Верховного Суда

Российской Федерации № 115-П18

Назначение наказания

2. По смыслу закона, если статья Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, по которой квалифицировано преступление, предусматривает возможность назначения дополнительного наказания по усмотрению суда, в приговоре следует указать основания его применения с приведением соответствующих мотивов.

Суд первой инстанции, квалифицировав действия осужденного по ч. 3 ст. 30, пп. «б», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, помимо основного наказания в виде лишения свободы, назначил ему дополнительное наказание в соответствии с санкцией этой нормы в виде штрафа в размере 100 тыс. руб.

Однако, как следует из редакции данной статьи уголовного закона, назначение дополнительного наказания в виде штрафа не являлось обязательным.

В силу требований, предусмотренных п. 4 ст. 307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать в том числе мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, освобождению от него или его отбывания, применению иных мер воздействия.

Между тем суд, назначив осужденному по ч. 3 ст. 30, пп. «б», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ дополнительное наказание в виде штрафа, в описательно-мотивировочной части приговора данное решение не мотивировал.

Указанное нарушение уголовного закона в соответствии с ч. 1 ст. 412.9 УПК РФ является существенным, повлиявшим на исход дела.

С учетом изложенного Президиум Верховного Суда Российской Федерации изменил приговор и кассационное определение и исключил назначенное по ч. 3 ст. 30, пп. «б», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ дополнительное наказание в виде штрафа в размере 100 тыс. руб.

Постановление Президиума Верховного Суда

Российской Федерации № 129-П18С

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

Разрешение споров, связанных с защитой права собственности

и других вещных прав

3. Иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством.

Министерство земельных и имущественных отношений субъекта Российской Федерации обратилось с иском к государственному образовательному учреждению (далее — образовательное учреждение) и А. о признании отсутствующим права собственности последнего на объект недвижимого имущества, указав в обоснование иска, что в соответствии с выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее — ЕГРП) от 1 декабря 2016 г. А. незаконно является собственником нежилого здания.

Основанием для государственной регистрации права собственности за ответчиком явилось разрешение на ввод объекта в эксплуатацию и договор аренды земельного участка. Названный объект недвижимого имущества представляет собой пристрой к объекту недвижимого имущества — плавательному бассейну, являющемуся государственной собственностью субъекта Российской Федерации. Как утверждает истец, право собственности на указанный объект недвижимости у ответчика А. не возникло, поскольку представленное последним разрешение на ввод объекта в эксплуатацию получено ответчиком с нарушением порядка, предусмотренного действующим законодательством. Это подтверждается сведениями о том, что администрацией городского округа разрешение на ввод объекта в эксплуатацию А. не выдавалось и, вероятно, было последним фальсифицировано. Нахождение возведенного А. объекта, являющегося пристроем к плавательному бассейну и государственной собственностью субъекта Российской Федерации, может впоследствии привести к переходу права собственности А. на весь имущественный комплекс целиком.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 20 октября 2000 г. между образовательным учреждением и А. был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, находящегося в стадии начального строительства, примерной площадью застройки 279 кв.м. Право собственности на данный объект недвижимости зарегистрировано за А. 23 декабря 2013 г.

1 декабря 2015 г. за А. зарегистрировано право собственности на нежилое шестиэтажное здание площадью 685,2 кв.м, расположенное по тому же адресу. Основаниями для регистрации права собственности ответчика на названный объект недвижимости послужили: разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 19 августа 2015 г., выданное администрацией городского округа, и представленная в Управление Росреестра копия договора аренды земельного участка от 3 июня 2015 г., заключенного между образовательным учреждением и А.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, ссылаясь на ст. 218 ГК РФ и положения Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», проанализировал представленные ответчиком документы, послужившие основанием для регистрации за А. права собственности на объект недвижимости, и констатировал, что подлинность представленного суду оригинала разрешения на ввод объекта в эксплуатацию от 19 августа 2015 г. не оспорена, доказательств его поддельности суду не представлено.

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами суда первой инстанции не согласился. Отменяя постановленное решение и разрешая спор по существу, суд апелляционной инстанции счел обоснованными исковые требования, удовлетворив их. При этом суд привел положения п. 2 ст. 168, п. 3 ст. 269, ст. 298 ГК РФ, Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», пп. 53 и 59 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», ст. 55 Градостроительного кодекса Российской Федерации и пришел к выводу о том, что какие-либо разрешительные документы на ввод в эксплуатацию спорного нежилого здания в установленном законом порядке уполномоченным органом — администрацией городского округа А. не выдавались, а договор аренды земельного участка от 3 июня 2015 г. заключен в нарушение норм и требований действующего законодательства.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признала выводы суда апелляционной инстанции ошибочными по следующим основаниям.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 52 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случаях, когда запись в ЕГРП <1> нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

———————————

<1> С 1 января 2017 г. на основании Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» — Единый государственный реестр недвижимости (ЕГРН).

Таким образом, иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством.

Выбор способа защиты вещного права, квалификация спорного отношения судом и разрешение вещно-правового конфликта зависит от того, в чьем фактическом владении находится спорное имущество.

Суд апелляционной инстанции приведенные разъяснения постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не учел, не определил, является ли требование о признании права собственности на спорное здание отсутствующим надлежащим способом защиты прав истца, не высказал своего суждения относительно правомерности заявленного требования и не указал, какими доказательствами подтверждено право собственности истца на названное недвижимое имущество, предоставляющее ему возможность обращения с требованием о признании права собственности ответчика на здание отсутствующим.

Кроме того, судом апелляционной инстанции не установлены имеющие существенное значение для квалификации правоотношений сторон обстоятельства, связанные с возникновением права собственности у А. на спорный объект недвижимости. Изначально данное право возникло на основании заключенного 20 октября 2000 г. между образовательным учреждением и А. договора купли-продажи недвижимого имущества, находящегося в стадии строительства, примерной площадью застройки 279 кв.м. После завершения строительства 1 декабря 2015 г. за А. зарегистрировано право собственности на нежилое шестиэтажное здание площадью 685,2 кв.м, расположенное по тому же адресу. В качестве оснований для регистрации права собственности ответчика на названный объект недвижимости представлены: разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 19 августа 2015 г., выданное администрацией городского округа, и договор аренды земельного участка от 3 июня 2015 г.

Также судом не установлено, кто и за чей счет возвел спорное строение, сооружалось ли оно в соответствии с проектом и необходимой разрешительной документацией, отвечает критериям законно возведенного сооружения или является самовольной постройкой. Судом не определено, кому и на каком праве принадлежит земельный участок под спорным строением.

Установление данных обстоятельств является существенным для правильного разрешения спора.

Определение № 49-КГ18-13

Разрешение споров, возникающих

из обязательственных отношений

4. В отличие от новации при отступном первоначальное обязательство прекращается с момента предоставления отступного, а не с момента заключения соглашения о нем.

В случае неисполнения соглашения об отступном кредитор вправе требовать исполнения первоначального обязательства, а не соглашения об отступном.

В. обратился в суд с иском к З. с требованиями о государственной регистрации права собственности на 27/100 доли в праве собственности на жилой дом.

В обоснование требований истец указал, что 6 июля 2015 г. между ним и ответчиком заключен договор займа, по которому истец передал З. денежные средства сроком до 6 августа 2015 г. под 3% в месяц. В установленный срок ответчик денежные средства не вернул. 21 декабря 2015 г. сторонами заключено соглашение об отступном, согласно которому в связи с невозможностью исполнить обязательства по возврату денежных средств З. предоставляет В. принадлежащие ему 27/100 доли в праве собственности на указанный выше жилой дом. Ответчиком соглашение об отступном не исполнено, от государственной регистрации права собственности на указанное имущество он уклоняется.

З. обратился со встречным иском о признании соглашения об отступном незаключенным и об истребовании документов на жилой дом, ссылаясь на то, что сторонами не были согласованы все существенные условия такого соглашения, намерения передать В. свое имущество у него не было, стоимость имущества на момент заключения соглашения явно неравноценна сумме долга. Сумма займа В. им возвращена.

Решением суда в удовлетворении исковых требований В. и встречных исковых требований З. отказано.

Апелляционным определением решение суда первой инстанции отменено в части отказа в удовлетворении исковых требований В., в отмененной части вынесено новое решение об удовлетворении исковых требований.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признала, что имеются предусмотренные ст. 387 ГПК РФ основания для отмены апелляционного определения, указав, в частности, следующее.

Согласно ст. 409 ГК РФ по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного — уплатой денежных средств или передачей иного имущества.

В отличие от новации, предусмотренной ст. 414 названного кодекса, при отступном не происходит замены первоначального обязательства новым, в случае отступного первоначальное обязательство прекращается уплатой денежных средств или передачей имущества, при этом первоначальное обязательство прекращается в момент предоставления отступного, а не в момент заключения соглашения о нем. Соответственно, кредитор вправе требовать исполнения лишь первоначального обязательства.

Судом установлено, а сторонами не оспаривается, что заключенное представителями сторон соглашение является соглашением об отступном, его содержание соответствует положениям ст. 409 ГК РФ, поскольку из него следует, что обязательство по договору займа прекращается с передачей принадлежащего З. жилого помещения.

Обстоятельств передачи спорного имущества должником кредитору судом не установлено, государственная регистрация перехода права собственности не произведена.

Удовлетворяя требования В., суд, по существу, произвел принудительное исполнение соглашения об отступном, в то время как имело место непрекращенное денежное обязательство по договору займа, подлежащее исполнению по соответствующим нормам Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определение № 117-КГ17-8

5. Денежные обязательства заемщика по договору микрозайма имеют срочный характер и ограничены установленными специальным законом предельными суммами основного долга, процентов за пользование микрозаймом и ответственности заемщика.

Микрофинансовая организация (далее — МФО) обратилась в суд с иском к Р. о взыскании задолженности по договору займа, указав, что 28 мая 2014 г. между организацией и Р. заключен договор займа, по которому ответчику переданы денежные средства в размере 15 350 руб. на срок до 12 июня 2014 г. с начислением процентов в размере 2% за каждый день пользования денежными средствами. 31 октября 2015 г. между указанной организацией и МФО заключен договор уступки права требования. Ответчиком принятые на себя обязательства надлежащим образом не исполнены, что явилось основанием для обращения в суд. Истец просил суд взыскать с ответчика в свою пользу задолженность по договору займа в размере 279 137 руб. 88 коп., в том числе основной долг 15 350 руб., проценты за пользование суммой займа за период с 28 мая 2014 г. по 3 ноября 2016 г. в размере 273 537 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 5991 руб. 38 коп.

Р. в письменном отзыве исковые требования не признала, сославшись на то, что процентная ставка за пользование займом в 91,5 раза больше ставки рефинансирования, установленной Банком России, а размер процентов превышает сумму займа более чем в 15 раз. Полагала, что в действиях истца имеется злоупотребление правом, поскольку заем предоставлен на условиях, существенно нарушающих ее положение как заемщика. Полагала необходимым при определении процентов, подлежащих взысканию по договору, применить положения ст. 333 ГК РФ.

Решением суда, оставленным без изменения апелляционным определением, исковые требования удовлетворены. С Р. в пользу МФО взыскана задолженность по договору займа в размере 279 137 руб. 88 коп., в том числе основной долг в размере 15 350 руб., проценты за пользование займом за период с 28 мая 2014 г. по 3 ноября 2016 г. в размере 263 787 руб. 88 коп.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации с состоявшимися судебными постановлениями не согласилась по следующим основаниям.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пп. 1, 4).

В соответствии с п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

На основании п. 1 ст. 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов их размер определяется существующей в месте жительства займодавца, а если заимодавцем является юридическое лицо, в месте его нахождения ставкой банковского процента (ставкой рефинансирования) на день уплаты заемщиком суммы долга или его соответствующей части.

Возможность установления процентов на сумму займа по соглашению сторон не может рассматриваться как нарушающая принцип свободы договора, в том числе во взаимосвязи со ст. 10 ГК РФ о пределах осуществления гражданских прав. При этом проценты, предусмотренные ст. 809 указанного кодекса, являются платой за пользование денежными средствами и не могут быть снижены судом.

Вместе с тем особенности предоставления займа под проценты заемщику-гражданину в целях, не связанных с предпринимательской деятельностью, устанавливаются законами (п. 3 ст. 807 ГК РФ).

Порядок, размер и условия предоставления микрозаймов предусмотрены Федеральным законом от 2 июля 2010 г. № 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» (далее — Закон о микрофинансовой деятельности).

В п. 4 ч. 1 ст. 2 названного закона предусмотрено, что договор микрозайма — договор займа, сумма которого не превышает предельный размер обязательств заемщика перед займодавцем по основному долгу, установленный данным законом.

Исходя из императивных требований к порядку и условиям заключения договора микрозайма, предусмотренных Законом о микрофинансовой деятельности, денежные обязательства заемщика по договору микрозайма имеют срочный характер и ограничены установленными этим законом предельными суммами основного долга, процентов за пользование микрозаймом и ответственности заемщика.

Принцип свободы договора в сочетании с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений не исключает обязанности суда оценивать условия конкретного договора с точки зрения их разумности и справедливости, с учетом того, что условия договора займа, с одной стороны, не должны быть явно обременительными для заемщика, а с другой стороны, они должны учитывать интересы кредитора как стороны, права которой нарушены в связи с неисполнением обязательства.

Это положение имеет особое значение, когда возникший спор связан с деятельностью микрофинансовых организаций, которые предоставляют займы на небольшие суммы и на короткий срок, чем и обусловливается возможность установления повышенных процентов за пользование займом. Иное, то есть установление сверхвысоких процентов за длительный срок пользования микрозаймом, выданным на короткий срок, приводило бы к искажению цели деятельности микрофинансовых организаций.

Принимая во внимание расчет истца о взыскании с ответчика процентов за пользование микрозаймом в размере 732% за период, составляющий 891 день, суд исходил из того, что эти проценты продолжают начисляться по истечении срока действия договора займа, составляющего 15 календарных дней.

Однако такой вывод суда противоречит существу законодательного регулирования договоров микрозайма, поскольку фактически свидетельствует о бессрочном характере обязательств заемщика, вытекающих из такого договора, а также об отсутствии каких-либо ограничений размера процентов за пользование микрозаймом.

Согласно договору займа от 28 марта 2014 г. срок его предоставления был определен до 12 июня 2014 г. (15 календарных дней), то есть между сторонами был заключен договор краткосрочного займа сроком до 1 месяца.

Согласно условиям договора займа заемщик принял на себя обязанность полностью вернуть полученную сумму займа и выплатить проценты за пользование займом в размере, установленном договором, до 12 июня 2014 г. В случае нарушения установленного договором срока возврата суммы займа более чем на 14 дней заемщик уплачивает займодавцу единовременный штраф в размере 1000 руб.

С учетом изложенного начисление и по истечении срока действия договора займа процентов, установленных договором лишь на срок 15 календарных дней, Судебная коллегия признала неправомерным.

Определение № 41-КГ18-46

6. Кредитный договор, заключенный в результате мошеннических действий, является недействительной (ничтожной) сделкой.

Х. обратился в суд с иском к банку-2 о признании кредитного договора недействительным, взыскании судебных расходов и компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований Х. ссылался на то, что 1 сентября 2013 г. от его имени неизвестным лицом заключен кредитный договор с банком-1, правопреемником которого является банк-2. О выдаче кредита на его имя истцу стало известно 2 апреля 2014 г. после обращения ответчика к нему о полном досрочном исполнении обязательств по данному договору.

Для проверки доводов истца о том, что кредитный договор он не заключал и не подписывал, а лишь заполнил в банке-1 анкету на предоставление кредита, определением суда от 25 мая 2017 г. назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Согласно заключению эксперта от 15 августа 2017 г. рукописная запись фамилии, имени, отчества Х. и подписи от его имени в анкете на предоставление банком-1 потребительского кредита от 1 сентября 2013 г. выполнены Х.; рукописные записи фамилии, имени, отчества Х. и подписи от его имени в заявлении на предоставление потребительского кредита и открытие текущего счета от 1 сентября 2013 г. выполнены не Х., а другим лицом; рукописная запись фамилии, имени, отчества Х. и подпись от его имени в графике платежей к заявлению на предоставление потребительского кредита и открытие текущего счета по кредитному договору от 1 сентября 2013 г. выполнены не Х., а другим лицом; рукописная запись фамилии, имени, отчества Х. и подпись от его имени в уведомлении об информировании клиента о полной стоимости кредита от 1 сентября 2013 г. выполнены не Х., а другим лицом.

Разрешая спор и удовлетворяя иск Х. частично, суд первой инстанции принял во внимание приведенные выше обстоятельства и указал на то, что в нарушение требований ст. 820 ГК РФ письменная форма кредитного договора не была соблюдена, поскольку истец кредитный договор не подписывал, заемщиком не является, каких-либо обязательств на себя по данному договору не принимал, а следовательно, кредитный договор от 1 сентября 2013 г., подписанный от имени Х. неизвестным лицом, является недействительным (ничтожным).

Суд первой инстанции также указал, что срок исковой давности Х. не пропущен, поскольку о заключении кредитного договора истцу стало известно 2 апреля 2014 г. из требования ответчика о полном досрочном исполнении обязательств по договору, в суд с иском Х. обратился 10 марта 2017 г., то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности, предусмотренного п. 1 ст. 181 ГК РФ.

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение об отказе в иске, суд апелляционной инстанции сослался на то, что кредитный договор в силу п. 1 ст. 168 ГК РФ является оспоримой сделкой, а поэтому срок исковой давности по требованиям о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год (п. 2 ст. 181 ГК РФ); ходатайства о восстановлении срока исковой давности истцом заявлено не было, сведений об уважительности причин пропуска срока исковой давности представлено не было.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила апелляционное определение и направила дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции, указав следующее.

В силу п. 1 ст. 160 ГК РФ (здесь и далее нормы ГК РФ приведены в редакции, действовавшей на момент заключения кредитного договора) сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пп. 2 и 3 ст. 434 данного кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Статьей 820 ГК РФ установлено, что кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (ст. 820, п. 2 ст. 836 ГК РФ).

Последствия нарушения требований закона или иного правового акта при совершении сделок определены ст. 168 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 названной статьи, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 этой же статьи).

Срок исковой давности по недействительным сделкам установлен ст. 181 ГК РФ, в соответствии с которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (п. 1).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2).

Как следует из материалов дела, заявленные истцом требования о недействительности кредитного договора основаны как на несоблюдении требования о его письменной форме, поскольку договор истцом подписан не был, так и на том, что волеизъявление на заключение договора отсутствовало.

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Однако, оценивая заключенный договор как оспоримую сделку, суд апелляционной инстанции не учел обстоятельства заключения конкретного договора и применил норму права (п. 1 ст. 168 ГК РФ), не подлежащую применению.

Определение № 5-КГ19-25

Разрешение споров, возникающих вследствие причинения вреда

7. Право на получение страхового возмещения и соответствующих компенсационных выплат в случае смерти потерпевшего в результате дорожно-транспортного происшествия имеют его родители, супруг и дети независимо от того, находился ли потерпевший у них на иждивении.

К. обратилась в суд с иском к Российскому союзу автостраховщиков (далее — РСА) о взыскании компенсационной выплаты и штрафа в размере 50% от присужденной денежной суммы, а также о взыскании с Д. компенсации морального вреда.

В обоснование требований К. указала, что в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине Д., наступила смерть Г. Поскольку гражданская ответственность Д. по договору обязательного страхования не застрахована, К. обратилась для получения компенсационной выплаты в РСА, однако данная выплата истцу не была предоставлена.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что К. имеет право на получение компенсационной выплаты от РСА, поскольку смерть ее отца наступила вследствие дорожно-транспортного происшествия, виновным в котором является лицо, не застраховавшее свою гражданскую ответственность по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства.

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая по делу новое решение о частичном удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции указал, что в случае смерти потерпевшего его дети имеют право на получение страхового возмещения или компенсационной выплаты, только если потерпевший находился у них на иждивении. Суд указал, что отец К. не находился у нее на иждивении, в связи с чем она не имеет права на получение компенсационной выплаты.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила апелляционное определение и направила дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции, указав следующее.

Согласно подп. «г» п. 1 ст. 18 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее — Закон об ОСАГО) компенсационная выплата в счет возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, осуществляется в случаях, если страховое возмещение по обязательному страхованию не может быть осуществлено вследствие отсутствия договора обязательного страхования, по которому застрахована гражданская ответственность причинившего вред лица, из-за неисполнения им установленной названным законом обязанности по страхованию.

В п. 1 ст. 19 указанного закона предусмотрено, что к отношениям между потерпевшим и профессиональным объединением страховщиков по поводу компенсационных выплат по аналогии применяются правила, установленные законодательством Российской Федерации для отношений между выгодоприобретателем и страховщиком по договору обязательного страхования.

Таким образом, к отношениям по поводу компенсационных выплат в связи со смертью потерпевшего по аналогии применяются правила, установленные для отношений между выгодоприобретателем и страховщиком.

Согласно п. 6 ст. 12 Закона об ОСАГО в случае смерти потерпевшего право на возмещение вреда имеют лица, имеющие право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда в случае смерти кормильца, при отсутствии таких лиц — супруг, родители, дети потерпевшего, граждане, у которых потерпевший находился на иждивении, если он не имел самостоятельного дохода (выгодоприобретатели).

Перечень лиц, имеющих право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда в случае смерти кормильца, приведен в п. 1 ст. 1088 ГК РФ.

Из приведенных правовых норм следует, что в случае смерти потерпевшего при отсутствии лиц, указанных в п. 1 ст. 1088 ГК РФ, родители, супруг и дети потерпевшего имеют право на получение страхового возмещения или компенсационной выплаты в соответствии с Законом об ОСАГО независимо от того, находился ли потерпевший у них на иждивении.

Такое право также имеют граждане, у которых потерпевший находился на иждивении.

Определение № 41-КГ18-15

Разрешение споров, возникающих из жилищных отношений

8. Акты жилищного законодательства не имеют обратной силы и применяются к жилищным отношениям, возникшим после введения их в действие, если иное прямо не предусмотрено этими актами (чч. 1 и 2 ст. 6 ЖК РФ).

П. обратился в суд с иском к городской администрации о возложении обязанности предоставить ему по договору социального найма благоустроенное жилое помещение в границах города общей площадью не менее 28 кв.м.

В обоснование заявленных требований П. указал, что является инвалидом второй группы, страдает тяжелой формой психического расстройства, при котором невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, с ноября 2017 года состоит на учете в качестве нуждающегося в жилом помещении во внеочередном порядке, имеет право на дополнительную площадь.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суд пришел к выводу о том, что в связи с отменой постановлением Правительства Российской Федерации от 21 июля 2017 г. № 859 постановления Правительства Российской Федерации от 16 июня 2006 г. № 378 у истца на момент рассмотрения дела отсутствует право на внеочередное предоставление жилого помещения в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 57 ЖК РФ, имеющееся у него заболевание не входит в действующий Перечень тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, утвержденный приказом Министерства здравоохранения от 30 ноября 2012 г. № 987н.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции и его правовым обоснованием.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся судебные акты и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

В силу ч. 3 ст. 40 Конституции Российской Федерации малоимущим, иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами.

В целях реализации названных конституционных положений ч. 2 ст. 49 ЖК РФ предусмотрено, что малоимущим гражданам, признанным по установленным Жилищным кодексом Российской Федерации основаниям нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, в установленном кодексом порядке предоставляются жилые помещения муниципального жилищного фонда.

Согласно ч. 1 ст. 57 ЖК РФ жилые помещения предоставляются гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, в порядке очередности исходя из времени принятия таких граждан на учет, за исключением установленных ч. 2 названной статьи случаев.

Между тем для отдельных категорий граждан законодатель предусмотрел возможность предоставления жилого помещения по договорам социального найма во внеочередном порядке.

В силу п. 3 ч. 2 ст. 57 ЖК РФ вне очереди жилые помещения по договорам социального найма предоставляются гражданам, страдающим тяжелыми формами хронических заболеваний, указанных в предусмотренном п. 4 ч. 1 ст. 51 названного кодекса перечне.

Такой перечень был утвержден постановлением Правительства Российской Федерации от 16 июня 2006 г. № 378 «Об утверждении перечня тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире» и действовал до 1 января 2018 г.

Часть 1 ст. 6 ЖК РФ закрепляет общеправовой принцип действия законодательства во времени: акт жилищного законодательства не имеет обратной силы и применяется к жилищным отношениям, возникшим после введения его в действие.

На момент возникновения спорных правоотношений имеющееся у П. заболевание входило в указанный выше перечень, право на получение жилого помещения по договору социального найма в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 57 ЖК РФ возникло у него с момента постановки на жилищный учет по соответствующему основанию в ноябре 2017 года, то есть до вступления в силу Перечня тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, утвержденного приказом Министерства здравоохранения от 30 ноября 2012 г. № 987н, что не было учтено судами.

Действующее жилищное законодательство (п. 3 ч. 2 ст. 57 ЖК РФ) не ставит право на внеочередное предоставление жилого помещения в зависимость от наличия или отсутствия иных лиц, имеющих право на получение жилого помещения вне очереди, от обеспечения жильем других очередников, от времени постановки на учет в качестве нуждающихся в предоставлении жилого помещения, от включения в список граждан, имеющих право на получение жилого помещения вне очереди (список внеочередников).

Отсутствие в законодательстве указания на срок, в течение которого жилье должно быть предоставлено гражданам, имеющим право на его внеочередное предоставление, свидетельствует о том, что жилое помещение указанной категории граждан должно быть предоставлено незамедлительно после возникновения соответствующего субъективного права — права на получение жилого помещения вне очереди.

Определение № 85-КГ18-17

Разрешение споров, связанных с семейными отношениями

9. Доходы каждого из супругов, полученные ими во время брака от трудовой и предпринимательской деятельности, относятся к совместному имуществу, подлежащему разделу между супругами.

Т.Н. с учетом уточненных требований обратилась в суд с иском к Т.А. о расторжении брака (стороны состояли в браке с 1980 года) и разделе совместно нажитого имущества. Просила признать за ней право на 1/2 доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок, выделить в ее собственность 40 тонн семян подсолнечника, предметы бытовой техники, также просила взыскать с Т.А. в ее пользу компенсацию стоимости передаваемого ему общего имущества супругов.

В обоснование требований Т.Н., в частности, указала, что с 17 декабря 2009 г. Т.А. является индивидуальным предпринимателем и главой крестьянского (фермерского) хозяйства (далее — КФХ), в деятельности которого она принимала непосредственное участие, вела бухгалтерский учет, принимала урожай, в связи с чем фактически является его членом и вправе претендовать на половину стоимости общего имущества супругов в КФХ.

Т.А. иск не признал, предъявил к Т.Н. встречный иск о разделе совместно нажитого имущества, в котором просил исключить из состава общего имущества супругов имущество, принадлежащее КФХ, признать доли в совместно нажитом имуществе сторон равными и осуществить его раздел.

В обоснование требований Т.А. указал, что в период брака сторон приобретено заявленное к разделу имущество, вместе с тем тракторы, комбайн с жаткой, плуг, культиватор, сеялка, опрыскиватель, бочка для воды, цистерна для топлива, тележка тракторная, сварочный аппарат, земельные участки, а также сельскохозяйственная продукция, которой являются семена подсолнечника, в состав имущества, нажитого супругами в период брака, не входят, разделу не подлежат.

Решением суда исковые требования Т.Н. удовлетворены частично. Брак, заключенный между Т.Н. и Т.А., расторгнут. Суд произвел раздел движимого и недвижимого имущества, определив компенсацию разницы стоимости имущества, переданного сторонам.

Разрешая, в частности, требования Т.Н. о взыскании с Т.А. компенсации половины стоимости имущества, приобретавшегося для осуществления деятельности КФХ, суд первой инстанции исходил из его принадлежности КФХ, в связи с чем исключил спорные земельные участки и предназначенное для работы КФХ движимое имущество из состава совместно нажитого сторонами в период брака имущества. Поскольку Т.А. не отрицал того, что ведение фермерского хозяйства осуществлялось супругами совместно до фактического прекращения брачных отношений в ноябре 2016 года, несмотря на отсутствие письменного соглашения об этом, суд первой инстанции, руководствуясь ст. 162, п. 2 ст. 258 ГК РФ, пришел к выводу о том, что оба супруга являлись членами КФХ, поэтому взыскал с Т.А. в пользу Т.Н. компенсацию половины стоимости этого имущества и выделил в собственность Т.Н. 40 тонн семян подсолнечника.

Отменяя решение суда первой инстанции в части удовлетворения данных исковых требований и принимая по делу новое решение об отказе в удовлетворении этих требований, суд апелляционной инстанции признал приведенные выводы суда первой инстанции противоречащими п. 2 ст. 33 СК РФ, ст. 1, 4, 6 и 8 Федерального закона от 11 июня 2003 г. № 74-ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве», ст. 78 ЗК РФ, ст. 257 ГК РФ, указав, что представленные в суд доказательства свидетельствуют о том, что Т.А. является главой и единственным членом крестьянского (фермерского) хозяйства, соглашение между Т.А. и Т.Н. о создании фермерского хозяйства не заключалось, Т.А. как единственный член КФХ согласия на членство Т.Н. в КФХ не давал, из трудовой книжки Т.Н. следует, что она в период с 1996 по 2002 год работала бухгалтером в КФХ, в связи с чем между КФХ и Т.Н. имелись трудовые правоотношения.

Кроме того, суд апелляционной инстанции указал, что Т.Н. в рамках рассматриваемого дела с требованиями о признании ее членом КФХ не обращалась, оснований выйти за пределы заявленных требований в порядке ч. 3 ст. 196 ГПК РФ у суда первой инстанции не имелось.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признала выводы судебных инстанций не соответствующими требованиям закона.

В соответствии с пп. 1, 2 ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся в том числе доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности. Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (пп. 1, 2 ст. 34 СК РФ), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст. 128 и 129, пп. 1 и 2 ст. 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным ст. 38, 39 СК РФ и ст. 254 ГК РФ. Стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется на время рассмотрения дела.

В силу п. 1 ст. 39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Согласно пп. 1, 2 и 3 ст. 1 Федерального закона от 11 июня 2003 г. № 74-ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» крестьянское (фермерское) хозяйство представляет собой объединение граждан, связанных родством и (или) свойством, имеющих в общей собственности имущество и совместно осуществляющих производственную и иную хозяйственную деятельность (производство, переработку, хранение, транспортировку и реализацию сельскохозяйственной продукции), основанную на их личном участии. Фермерское хозяйство может быть создано одним гражданином. Фермерское хозяйство осуществляет предпринимательскую деятельность без образования юридического лица.

В силу ст. 33 СК РФ права супругов владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом, являющимся совместной собственностью членов крестьянского (фермерского) хозяйства, определяются ст. 257 и 258 ГК РФ.

Вместе с тем у супругов, ведущих крестьянское (фермерское) хозяйство, кроме продуктов, плодов и орудий для ведения этого хозяйства, есть еще и совместно нажитое имущество, используемое в процессе их семейной деятельности. Следовательно, в зависимости от вида и назначения имущества, источника его приобретения у членов крестьянского (фермерского) хозяйства могут быть разные права на принадлежащее им имущество.

Как видно из материалов дела и было установлено судами обеих инстанций, 17 декабря 2009 г. деятельность КФХ как юридического лица прекращена, с указанной даты Т.А. осуществляет единолично предпринимательскую деятельность по ведению крестьянского (фермерского) хозяйства, других членов в крестьянском фермерском хозяйстве не имелось.

В ходе судебных заседаний Т.Н. поясняла, что на момент осуществления предпринимательской деятельности фермерского хозяйства Т.А. стороны состояли в браке, спорные земельные участки, а также движимое имущество приобретались супругами за счет совместных денежных средств, кроме того, истец как член семьи совместно с ответчиком принимала участие в деятельности КФХ, что не отрицалось Т.А.

Поскольку к совместному имуществу относятся доходы каждого из супругов от трудовой и предпринимательской деятельности, судам надлежало принять во внимание, что заявленное в иске Т.Н. спорное имущество приобретено в период брака на общие средства супругов, в том числе полученные в результате ведения Т.А. предпринимательской деятельности, в связи с чем она вправе претендовать на денежную компенсацию половины стоимости этого имущества. Между тем данные доводы не получили оценки в обжалуемых судебных постановлениях, чем были нарушены права Т.Н.

Определение № 19-КГ18-33

Разрешение споров, связанных с трудовыми отношениями

10. Денежное довольствие, полученное сотрудником уголовно-исполнительной системы в период обучения в учреждении высшего профессионального образования, не входит в состав затрат на обучение, подлежащих возмещению работодателю при досрочном расторжении сотрудником контракта о прохождении службы в органе уголовно-исполнительной системы после окончания образовательного учреждения.

Управление ФСИН обратилось в суд с иском к Г. о возмещении расходов, затраченных на обучение.

В обоснование иска указано, что Г. в период с 16 августа 2009 г. по 5 июня 2014 г. проходил обучение в образовательном учреждении ФСИН, с ним 16 августа 2009 г. был заключен контракт о службе в уголовно-исполнительной системе в должности курсанта (слушателя) на время обучения и в должностях среднего и старшего начальствующего состава по окончании обучения. По условиям контракта Г. обязался по окончании образовательного учреждения ФСИН прибыть в главное управление ФСИН для дальнейшего прохождения службы и отслужить после окончания обучения в органах уголовно-исполнительной системы 5 лет.

После окончания обучения с Г. 5 августа 2014 г. был заключен контракт о службе в органе уголовно-исполнительной системы в должности инспектора на период отпуска по уходу за ребенком замещающей эту должность П. 16 сентября 2016 г. с Г. был заключен контракт о службе в органе уголовно-исполнительной системы в должности инспектора на период отпуска по уходу за ребенком замещающей эту должность Ч.

Приказом главного управления ФСИН от 17 октября 2016 г. старший лейтенант внутренней службы Г. был уволен со службы в уголовно-исполнительной системе по п. «а» ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 г. № 4202-1, по собственному желанию.

Поскольку Г. было нарушено принятое на себя обязательство отслужить пять лет в органах уголовно-исполнительной системы субъекта Российской Федерации после окончания обучения, истец, ссылаясь на ст. 249 Трудового кодекса Российской Федерации (далее — ТК РФ), п. 5.3 Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Минюста России от 6 июня 2005 г. № 76, просил взыскать с Г. расходы, связанные с его обучением, включающие в себя котловое довольствие Г., стоимость форменного обмундирования и денежное довольствие, полученное Г. в период обучения, с последующим перечислением указанной суммы в доход федерального бюджета.

Решением суда, оставленным без изменения апелляционным определением, иск удовлетворен.

Отменяя состоявшиеся по делу судебные постановления и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в части включения полученного Г. в период обучения денежного довольствия в состав затрат, понесенных на обучение, указала следующее.

Нормативными правовыми актами, действовавшими в период спорных отношений, последствия невыполнения сотрудником уголовно-исполнительной системы, получившим профессиональное образование за счет бюджетных средств в образовательном учреждении ФСИН, условия контракта о службе в органах уголовно-исполнительной системы не менее пяти лет после окончания образовательного учреждения не определены, в связи с чем к этим отношениям в силу части седьмой ст. 11 ТК РФ подлежат применению общие нормы трудового законодательства.

В силу ст. 249 ТК РФ в случае увольнения без уважительных причин до истечения срока, обусловленного трудовым договором или соглашением об обучении за счет средств работодателя, работник обязан возместить затраты, понесенные работодателем на его обучение, исчисленные пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени, если иное не предусмотрено трудовым договором или соглашением об обучении.

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что гражданин, зачисленный на обучение в образовательное учреждение ФСИН, считается проходящим службу в уголовно-исполнительной системе, отношения в период обучения между соответствующим руководителем уголовно-исполнительной системы и гражданином возникают в результате заключения контракта о прохождении службы в уголовно-исполнительной системе и являются служебными, соответственно, на них распространяются положения законодательства, регулирующего вопросы прохождения службы в уголовно-исполнительной системе, в том числе и по обязательствам, принятым на себя гражданином (сотрудником) по этому контракту. При невыполнении сотрудником обязательства по контракту о прохождении службы в уголовно-исполнительной системе в течение пяти лет после окончания образовательной организации высшего образования ввиду его увольнения без уважительных причин он должен возместить федеральному органу уголовно-исполнительной системы затраченные на его обучение средства федерального бюджета, исчисляемые пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени.

Вместе с тем нормативными правовыми актами, регулировавшими порядок прохождения службы в уголовно-исполнительной системе в спорный период, состав расходов, затраченных на обучение сотрудника в образовательном учреждении ФСИН, в случае невыполнения им условий контракта о службе в уголовно-исполнительной системе не определен. Конкретный перечень таких затрат нормами Трудового кодекса Российской Федерации также не установлен.

Отношения, связанные с денежным довольствием сотрудников, имеющих специальные звания и проходящих службу в том числе в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, урегулированы Федеральным законом от 30 декабря 2012 г. № 283-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее — Федеральный закон № 283-ФЗ).

Согласно ч. 1 ст. 2 Федерального закона № 283-ФЗ денежное довольствие сотрудников является основным средством их материального обеспечения и стимулирования выполнения ими служебных обязанностей.

Порядок обеспечения сотрудников денежным довольствием определяется в соответствии с законодательством Российской Федерации руководителем федерального органа исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники (ч. 18 ст. 2 Федерального закона № 283-ФЗ).

Приказом Минюста России от 20 декабря 2006 г. № 376, действовавшим на момент поступления Г. в 2012 году в образовательное учреждение ФСИН и утратившим силу с 6 июля 2013 г., было утверждено Положение о денежном довольствии сотрудников уголовно-исполнительной системы (далее — Положение).

В подп. 2 п. 1 Положения было определено, что денежное довольствие выплачивается сотрудникам уголовно-исполнительной системы, обучающимся в образовательных учреждениях ФСИН.

Слушателям и курсантам образовательных учреждений ФСИН, принятым на учебу из числа граждан, не являющихся сотрудниками уголовно-исполнительной системы, а также из числа лиц рядового и младшего начальствующего состава, имеющих специальный стаж службы в уголовно-исполнительной системе менее 6 месяцев, со дня начала занятий по очной форме обучения выплачиваются оклад по типовой должности «курсант», оклад по специальному званию «рядовой» или оклад по присвоенному специальному званию младшего начальствующего состава, процентная надбавка за выслугу лет (подп. 2 п. 23 Положения).

В соответствии с п. 9 Положения денежное довольствие, выплаченное в установленный этим положением срок на основании правил и норм, действовавших к моменту выплаты, возврату не подлежит, если право на него утрачено после выплаты. Выплаченное денежное довольствие может быть взыскано с лица, получившего его, в случаях, установленных законодательством Российской Федерации.

Приказом Федеральной службы исполнения наказаний от 27 мая 2013 г. № 269 утвержден новый порядок обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы (далее — Порядок).

Согласно подп. 2 п. 1 Порядка денежное довольствие выплачивается сотрудникам уголовно-исполнительной системы, обучающимся в образовательных учреждениях ФСИН по очной форме обучения.

Основанием для выплаты денежного довольствия является приказ соответствующего руководителя учреждения или органа уголовно-исполнительной системы о назначении на штатную должность, зачислении в распоряжение учреждений или органов уголовно-исполнительной системы, зачислении на учебу в образовательные учреждения (п. 4 Порядка).

Пунктом 14 Порядка установлено, что выплаченное денежное довольствие удерживается (взыскивается) с лица, получившего его, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Такие случаи определены ст. 137 ТК РФ «Ограничение удержаний из заработной платы», подлежащей применению к спорным отношениям, поскольку денежное довольствие сотрудника уголовно-исполнительной системы, реализующего свое право на труд посредством прохождения службы, по своей правовой природе является его заработной платой.

Исходя из изложенного с момента заключения контракта о службе в уголовно-исполнительной системе, в том числе и при прохождении обучения в образовательном учреждении ФСИН, гражданин является сотрудником уголовно-исполнительной системы <2>, выполняет обязанности, установленные нормативными правовыми актами, регулирующими порядок и условия прохождения службы в уголовно-исполнительной системе, и определенные контрактом о службе в уголовно-исполнительной системе. За осуществление указанной деятельности сотрудник получает денежное довольствие, являющееся для него источником средств существования, то есть заработной платой сотрудника, основания для возврата которой и удержания из которой нормативно регламентированы. В числе оснований для возврата денежного довольствия и удержаний из него такое основание, как невыполнение сотрудником уголовно-исполнительной системы условия контракта о службе в уголовно-исполнительной системе не менее пяти лет с момента окончания образовательного учреждения, отсутствует.

———————————

<2> С 1 августа 2018 г. вступил в силу Федеральный закон от 19 июля 2018 г. № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы». В соответствии с ч. 2 ст. 17 данного закона зачисление в образовательную организацию высшего образования федерального органа уголовно-исполнительной системы для обучения по очной форме в должности курсанта является поступлением на службу в уголовно-исполнительной системе.

Судебные инстанции, удовлетворяя исковые требования управления ФСИН о взыскании с Г. выплаченного ему в период обучения в образовательном учреждении ФСИН денежного довольствия в связи с невыполнением им условия контракта о службе в уголовно-исполнительной системе в течение пяти лет с момента окончания образовательного учреждения, пришли к ошибочному выводу о том, что денежное довольствие было выплачено Г. в связи с его обучением в образовательном учреждении ФСИН, а не в связи с исполнением им обязанностей сотрудника уголовно-исполнительной системы.

Судебными инстанциями также не принято во внимание, что в период обучения в образовательном учреждении ФСИН Г., являясь сотрудником уголовно-исполнительной системы, выполнял соответствующие служебные обязанности, в том числе нес службу в суточных нарядах, период обучения включен ему ответчиком в выслугу лет (общую продолжительность службы).

Ввиду изложенного вывод судебных инстанций о том, что выплаченное Г. за период обучения денежное довольствие является одной из составных частей затрат на его обучение, что законом и контрактом от 16 августа 2009 г. прямо предусмотрена обязанность Г. возместить работодателю данные затраты при невыполнении условий контракта, Судебная коллегия признала незаконным.

В нарушение ч. 2 ст. 196, п. 6 ч. 2 ст. 329 ГПК РФ в решении суда и в апелляционном определении не приведена норма закона, которой установлено, что денежное довольствие сотрудника уголовно-исполнительной системы, проходящего обучение в образовательном учреждении ФСИН, входит в состав затрат на его обучение.

Условия контракта о службе в уголовно-исполнительной системе, заключенного с Г. 16 августа 2009 г., на который сослался суд первой инстанции, такого условия также не содержат.

Указывая на то, что денежное довольствие, полученное сотрудником уголовно-исполнительной системы в период обучения в образовательном учреждении ФСИН, входит в состав расходов на обучение, судебные инстанции не приняли во внимание, что специальными нормативными актами, действовавшими в период спорных отношений и регулировавшими порядок и условия прохождения службы в уголовно-исполнительной системе граждан, проходящих обучение в образовательных учреждениях ФСИН, не урегулирован порядок возмещения затрат на обучение сотрудника уголовно-исполнительной системы в связи с досрочным расторжением контракта, в том числе по инициативе сотрудника уголовно-исполнительной системы.

Определение № 46-КГ18-28

Процессуальные вопросы

11. Истцы, обращающиеся в суд с требованиями, вытекающими из трудовых отношений, в том числе с требованием об установлении факта трудовых отношений, освобождаются от обязанности по возмещению судебных расходов работодателя, в пользу которого состоялось решение суда, включая расходы на проведение экспертизы.

Общество обратилось в суд с заявлением о взыскании с Ч. судебных расходов, указав в обоснование, что в рамках судебного разбирательства по ранее рассмотренному делу по иску Ч. к обществу об установлении факта трудовых отношений, о возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, произвести отчисления в Пенсионный фонд Российской Федерации, взыскании заработной платы, денежной компенсации за задержку заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, выходного пособия при увольнении, компенсации морального вреда (далее — иск об установлении факта трудовых отношений) по ходатайству общества была проведена судебная почерковедческая экспертиза (с целью установления лица, подписавшего от имени общества с Ч. трудовой договор, представленный Ч. в качестве доказательства, подтверждающего наличие трудовых отношений между ним и обществом). За проведение экспертизы обществом было уплачено 120 000 руб. Поскольку Ч. в удовлетворении исковых требований было отказано, общество, ссылаясь на ст. 95, 96 и 98 ГПК РФ, просило суд взыскать с Ч. понесенные обществом расходы на проведение экспертизы, связанные с рассмотрением названного гражданского дела.

Определением суда, оставленным без изменения апелляционным определением, заявление общества о взыскании судебных расходов удовлетворено, с Ч. в пользу общества взысканы расходы на проведение экспертизы в размере 120 000 руб.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся судебные акты, разрешила вопрос по существу и отказала обществу в удовлетворении заявления о взыскании с Ч. расходов на оплату экспертизы по следующим основаниям.

В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно абзацу второму ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

По общему правилу, установленному ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 указанного кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в этой статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Вместе с тем в целях предоставления дополнительных гарантий гражданам при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, и обеспечения их права на судебную защиту при рассмотрении судом споров по таким требованиям, в ст. 393 ТК РФ установлено исключение из общего правила о распределении судебных расходов.

В соответствии с названной нормой Трудового кодекса Российской Федерации при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.

В п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу подп. 1 п. 1 ст. 333.36 части второй НК РФ и ст. 393 ТК РФ работники при обращении в суд с исками о восстановлении на работе, взыскании заработной платы (денежного содержания) и иными требованиями, вытекающими из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, освобождаются от уплаты судебных расходов.

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, законодатель, предопределяя обязанность государства обеспечивать надлежащую защиту прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, учитывая не только экономическую (материальную), но и организационную зависимость работника от работодателя, в распоряжении которого находится основной массив доказательств по делу, предоставил дополнительную гарантию гражданам при обращении их в суд с иском о защите нарушенных или оспариваемых трудовых прав, освободив их от уплаты судебных расходов.

Таким образом, на истца, обратившегося в суд с требованием, вытекающим из трудовых отношений, в том числе с требованием об установлении факта трудовых отношений, не может быть возложена обязанность по оплате судебных расходов работодателя, в пользу которого состоялось решение суда, включая расходы на проведение экспертизы.

Между тем судебные инстанции, удовлетворяя заявление общества о взыскании расходов на проведение экспертизы с Ч. (истца по ранее рассмотренному делу), вследствие неправильного толкования положений ст. 393 ТК РФ пришли к ошибочному выводу о том, что, поскольку решением суда факт трудовых отношений не установлен, данная норма не подлежит применению при разрешении вопроса о распределении судебных расходов. Делая такой вывод, судебные инстанции не учли, что спор по иску Ч. к обществу об установлении факта трудовых отношений относится к категории трудовых споров. При разрешении этого спора, в том числе при наличии трудового договора, оспариваемого работодателем, суд обязан определить, отвечают ли сложившиеся между сторонами спора отношения признакам трудовых отношений, исключив тем самым правовую неопределенность в характере отношений сторон такого договора, в связи с чем к этим отношениям с учетом предъявленных требований в защиту нарушенных трудовых прав подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации, в том числе ст. 393 ТК РФ об освобождении истца от судебных расходов вне зависимости от результатов рассмотрения дела.

При таких обстоятельствах оснований для возложения на истца Ч. обязанности по возмещению обществу понесенных расходов, связанных с проведением экспертизы при рассмотрении его иска об установлении факта трудовых отношений, у суда не имелось.

Определение № 3-КГ18-15

12. Решение суда об определении размера подлежащих возмещению судебных расходов в виде транспортных и иных издержек, связанных с рассмотрением дела, должно быть мотивированным.

Решением суда, оставленным без изменения апелляционным определением, отказано в удовлетворении исковых требований В. к обществу об исполнении обязательств, о взыскании убытков, штрафа и компенсации морального вреда.

Обращаясь в суд с заявлением о взыскании судебных расходов, понесенных в связи с рассмотрением данного гражданского дела, общество ссылалось на то, что в судебных заседаниях районного суда 20 июля, 8 и 14 сентября 2016 г. принимал участие представитель ответчика, направленный в служебную командировку из г. Санкт-Петербурга в г. Нижний Новгород, а в судебном заседании Нижегородского областного суда, состоявшемся 6 декабря 2016 г., по рассмотрению апелляционной жалобы В. участвовали два представителя общества. Продолжительность командировок представителей для явки на каждое судебное заседание в суд первой инстанции с учетом удаленности от места рассмотрения дела составила 3 календарных дня, для явки в судебное заседание 6 декабря 2016 г. — 2 календарных дня для каждого из двух представителей. Расходы на проезд по маршрутам Санкт-Петербург — Нижний Новгород — Санкт-Петербург и Санкт-Петербург — Москва — Нижний Новгород — Москва — Санкт-Петербург составили 58 814 руб., командировочные расходы — 10 400 руб.

Отказывая в удовлетворении заявления общества о взыскании судебных расходов, суд первой инстанции исходил из того, что обществом не представлены доказательства, подтверждающие обоснованность и разумность несения затрат на проезд представителей данного общества в вагонах железнодорожного транспорта повышенной комфортности «СВ» и бизнес-класса. Также суд указал, что затраты общества на оплату представителям командировочных расходов (суточных) в силу положений ст. 94 ГПК РФ не относятся к издержкам, связанным с рассмотрением дела.

Отменяя определение суда первой инстанции и частично удовлетворяя заявленные требования, суд апелляционной инстанции, руководствуясь ст. 88, 94 и 100 ГПК РФ и разъяснениями, содержащимися в абзаце втором п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее — постановление Пленума от 21 января 2016 г. № 1), исходил из чрезмерности предъявленных обществом судебных расходов, на основании чего снизил их размер до 5000 руб.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила обжалуемое апелляционное определение и направила дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции по следующим основаниям.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд, а также другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ).

По общему правилу, предусмотренному ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В силу ч. 2 той же статьи данные правила относятся также к распределению судебных расходов, понесенных сторонами в связи с ведением дела в апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях.

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ и п. 10 постановления Пленума от 21 января 2016 г. № 1).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 14 постановления Пленума от 21 января 2016 г. № 1, транспортные расходы и расходы на проживание представителя стороны возмещаются другой стороной спора в разумных пределах исходя из цен, которые обычно устанавливаются за транспортные услуги, а также цен на услуги, связанные с обеспечением проживания, в месте (регионе), в котором они фактически оказаны.

Таким образом, при разрешении вопроса о взыскании судебных расходов в виде транспортных и иных издержек юридически значимым является установление связи указанных расходов с рассмотрением дела, их необходимости, оправданности и разумности исходя из цен, которые обычно устанавливаются за данные услуги.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п. 11 постановления Пленума от 21 января 2016 г. № 1).

Поскольку оценка обоснованности требований о возмещении судебных издержек осуществляется по общим правилам гражданского процессуального законодательства, результаты оценки доказательств суд обязан отразить в судебном акте, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4 ст. 67 ГПК РФ).

Отменяя определение суда первой инстанции и разрешая требование общества по существу, суд апелляционной инстанции, установив факт несения заявителем расходов на проезд его представителей к месту слушания дела и обратно в сумме 58 814 руб., оплаты командировочных расходов в сумме 10 400 руб., признал за обществом право на возмещение судебных издержек.

В то же время, определяя размер подлежащих возмещению издержек в сумме 5000 руб., суд апелляционной инстанции в нарушение приведенных выше норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации не привел мотивов, по которым признал заявленный размер судебных издержек чрезмерным, то есть не соответствующим необходимости, оправданности и разумности, не указал цены, которые обычно устанавливаются за данные транспортные услуги и другие расходы, связанные с рассмотрением дела, а также не представил расчет, который позволял бы проверить правильность исчисления взысканной судом суммы судебных издержек.

Определение № 9-КГ18-16

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ЭКОНОМИЧЕСКИМ СПОРАМ

Практика применения законодательства о юридических лицах

13. Отсутствие формального признака контроля (50% и более участия в уставном капитале дочернего общества) не препятствует установлению наличия у основного общества иной фактической возможности определять решения, принимаемые дочерним обществом.

Агентство обратилась в арбитражный суд с иском к обществу 1 о расторжении предварительного договора купли-продажи недвижимого имущества в связи с неисполнением его условий о заключении основного договора купли-продажи недвижимого имущества и взыскании солидарно с общества 1 (дочернее общество) и фирмы (основное общество) обеспечительного платежа, штрафа и убытков; с иском к обществу 2 о расторжении предварительного договора купли-продажи недвижимого имущества в связи с неисполнением его условий о заключении основного договора купли-продажи недвижимого имущества и взыскании солидарно с общества 2 (дочернее общество) и фирмы (основное общество) обеспечительного платежа, штрафа и убытков.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, заявленные требования удовлетворены.

Арбитражный суд округа постановлением указанные судебные акты отменил в части солидарного взыскания денежных средств с фирмы, в иске к фирме отказал.

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации отменила принятые по делу судебные акты, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Пункт 1 ст. 67.3 ГК РФ устанавливает открытый перечень критериев, позволяющих квалифицировать общества в качестве основного и дочернего.

При этом в отличие от утратившей силу с 1 сентября 2014 г. редакции ст. 105 ГК РФ, которую неправомерно применил суд округа, к таким критериям отнесены: 1) преобладающее участие одного общества в уставном капитале другого, 2) наличие соответствующего договора между обществами, 3) иная возможность одного общества определять решения, принимаемые другим обществом.

Фактическая возможность определять такие решения не связана напрямую с размером участия одного общества в уставном капитале другого или наличием договора между ними, а обусловлена, например, корпоративной структурой группы компаний, порядком заключения сделок, установленным внутри такой группы, степенью участия в управлении обществом со стороны иных участников общества и т.д. Поэтому отсутствие формального признака контроля (50% и более участия в уставном капитале дочернего общества) не препятствует установлению наличия иной фактической возможности определять решения, принимаемые дочерним обществом. Удовлетворение таким дополнительным критериям подлежит оценке с учетом доказательств, представленных сторонами.

В силу п. 2 ст. 67.3 ГК РФ основное хозяйственное товарищество или общество отвечает солидарно с дочерним обществом по сделкам, заключенным последним во исполнение указаний или с согласия основного хозяйственного товарищества или общества (п. 3 ст. 401 ГК РФ).

Наличие таких указаний или согласия при совершении конкретной сделки входит в предмет доказывания с учетом представленных сторонами доказательств.

Если истец приводит достаточно серьезные доводы и представляет существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными его аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, то ответчики должны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих возражений по заявленному иску (ст. 65 АПК РФ).

В этом случае установление судом наличия указаний или согласия основного общества является основанием для привлечения его к солидарной ответственности по обязательствам дочернего общества (п. 2 ст. 67.3, п. 2, 3 ст. 401 ГК РФ).

Отсутствие формального контроля (49,95%) должно оцениваться судом с учетом наличия иных участников, размера их участия и степени вовлеченности в процесс управления группой компаний.

Определение № 305-ЭС18-12143

Практика применения законодательства о банкротстве

14. Если обязательство передать нежилое помещение носит текущий характер, судом в рамках дела о банкротстве застройщика должен быть рассмотрен по существу вопрос о допустимости отобрания у застройщика индивидуально-определенной вещи в пользу участника долевого строительства (покупателя).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника с применением положений параграфа 7 гл. IX Закона о банкротстве Ф. обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании права собственности на нежилые помещения.

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями суда апелляционной инстанции и арбитражного суда округа, в удовлетворении заявления отказано. Суды исходили из того, что Ф. не является участником строительства по смыслу ст. 201.1 Закона о банкротстве, в связи с чем не наделен правом предъявления требования о передаче нежилого помещения в собственность. В противном случае были бы нарушены принципы очередности и пропорциональности удовлетворения требований иных кредиторов должника. При этом суды установили, что с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника денежного требования в размере стоимости нежилых помещений Ф. не обращался.

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации отменила названные судебные акты и направила обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Требование Ф., поименованное как заявление о признании права собственности на нежилые помещения, по сути, представляет собой требование о понуждении к исполнению обязательства в натуре (об обязании передать нежилые помещения) и в соответствии со сложившейся судебной практикой рассматривается по правилам ст. 308.3, 398, п. 2 ст. 463, п. 3 ст. 551 ГК РФ с учетом особенностей, установленных законодательством о банкротстве.

В ситуации, когда подобное требование носит реестровый характер, оно по смыслу разъяснений п. 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее — постановление № 35) в рамках дела о несостоятельности застройщика подлежит трансформации в денежное и удовлетворению в составе четвертой очереди (ст. 201.9 Закона о банкротстве).

Если же обязательство передать нежилое помещение носит текущий характер, судом в рамках дела о банкротстве застройщика может быть рассмотрен по существу вопрос о допустимости отобрания у застройщика индивидуально-определенной вещи в пользу участника долевого строительства (покупателя). Текущим такое требование признается в случае, если договор участия в долевом строительстве заключен и оплата за помещения произведена после возбуждения дела о банкротстве застройщика при условии, что целью совершения сделки является дофинансирование в строительство объекта (п. 1 ст. 6 ГК РФ, ст. 5 Закона о банкротстве). Суд может удовлетворить требование такого кредитора, если строительство объекта на момент рассмотрения спора завершено и не нарушается очередность удовлетворения иных текущих требований.

Однако, поскольку упомянутое поведение (передача денег застройщику, в отношение которого возбуждено дело о банкротстве) не является типичным для данной сферы правоотношений (существует вероятность заключения фиктивных договоров), при рассмотрении подобных обособленных споров суду следует детально исследовать вопрос о добросовестности сторон сделки (п. 3 ст. 1, ст. 10 ГК РФ). Кроме этого, необходимо проверять реальность внесения платы за приобретаемые помещения (п. 26 постановления № 35).

Определение № 305-ЭС15-20071 (6)

15. Требование кредитора об осуществлении первоначального исполнения в части основного долга должно удовлетворяться после требований кредиторов третьей очереди и кредиторов, чьи требования заявлены после закрытия реестра требований кредиторов, но приоритетно перед лицами, получающими имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ.

Банком (цедент) и должником (цессионарий) заключен договор уступки прав (требований), по которому цедент обязался уступить цессионарию права требования к заемщику — обществу, а цессионарий обязался оплатить стоимость уступаемых прав. По условиям договора уступка происходит после полной уплаты указанной суммы и только при условии, что совершена оплата по иным соглашениям об уступке между цедентом и цессионарием.

Денежные средства уплачены банку не были. Договором предусмотрено, что в случае неисполнения обязанности по оплате начисляется неустойка.

В рамках дела о банкротстве должника банк обратился с заявлением о включении своего требования в виде основного долга и неустойки в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда первой инстанции в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения постановлением арбитражного суда округа, названное определение отменено, заявленные требования удовлетворены.

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации отменила постановления суда апелляционной инстанции и арбитражного суда округа в части включения в реестр требований кредиторов требование банка в виде основного долга и признала требование банка обоснованным и подлежащим удовлетворению после требований кредиторов, расчеты с которыми производятся по правилам абзаца первого п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве по следующим основаниям.

Из приведенных выше обстоятельств следует, что спорный договор уступки прав предусматривал поочередное исполнение обязательств его сторонами: сначала должник должен был в полном объеме произвести оплату (как по этому договору, так и по иным связанным договорам цессии), затем происходил переход права требования от банка к должнику.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Получение статуса позднего переселенца

Исследование самих терминов «беженец» и «вынужденный переселенец», определяя статус беженцев, доверительно относятся к полученным из страны исхода Ощущение себя вне закона, вне принадлежности к какому -​либо.

Защита прав беженцев и вынужденных переселенцев

Волох В.А.

Формирование и реализация государственной миграционной политики Российской Федерации в сфере вынужденной миграции и предоставления убежища

Изд-во «Спутник+»

Москва — 2009

Автор

В.А. Волох — заместитель заведующего кафедрой управления миграционными процессами Института государственного управления и права Государственного университета управления, кандидат политических наук

Рецензенты:

В.В. Воробьев — доктор политических наук, профессор Кафедры информационной политики Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации

М.Р. Деметрадзе — доктор политических наук, ведущий научный сотрудник Института социологии РАН, профессор Кафедры мировой политики и международных отношений Российского государственного гуманитарного университета

Ю.В. Рощин — кандидат экономических наук, профессор заместитель директора Института государственного управления и права, заведующий кафедрой управления миграционными процессами Государственного университета управления.

В монографии рассмотрены основные теоретические проблемы и практические процедуры предоставления убежища (статуса беженца, политического или временного убежища) в Российской Федерации на основании действующих норм международного права и российского законодательства в условиях мирового финансового кризиса. Анализируются международный опыт и международные нормы в сфере предоставления убежища, рассматривается роль УВКБ ООН и особенности вынужденной миграции в современных условиях, прогнозируется возможное развитие миграционной ситуации, а также предлагаются меры по совершенствованию законодательного обеспечения управления этими процессами.

Монография представляет интерес для научных работников, юристов, политологов, экономистов, социологов, представителей неправительственных, общественных и иных организаций, изучающих проблемы миграции или работающих в этой сфере.

Может быть использована в качестве учебного пособия для студентов специальности «Менеджмент организации», специализация «Управление миграционными процессами», а также для студентов других высших учебных заведений, слушателей курсов, семинаров, изучающих проблемы миграции населения и работников органов государственного управления в сфере миграции.

Монография издана к 90–летию Государственного университета управления и 10–летию Кафедры управления миграционными процессами.

© Волох В.А., 2009 г.

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА I. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ИНСТИТУТА УБЕЖИЩА В МИРОВОЙ ПРАКТИКЕ

1.1. Мировой опыт и эволюция международных подходов к формированию института убежища

1.2. Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН) как основной институт международной системы защиты беженцев и лиц, ищущих убежище

1.3. Правовая основа функционирования международной системы убежища

1.4. Современные стандарты определения статуса беженца и предоставления убежища в мировой практике

ГЛАВА II. ФОРМИРОВАНИЕ ПОЛИТИКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В ОБЛАСТИ ВЫНУЖДЕННОЙ МИГРАЦИИ В ПОСТСОВЕТСКИЙ ПЕРИОД

2.1. Оказание помощи пострадавшим, создание органов управления и организация сотрудничества с государствами СНГ по вопросам беженцев и вынужденных переселенцев

2.2. Концептуальные основы миграционной политики

2.3. Инструменты реализации государственной миграционной политики в сфере вынужденной миграции

ГЛАВА III. ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ УБЕЖИЩА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

3.1. Динамика законодательства в сфере предоставления убежища.

Первый закон Российской Федерации «О беженцах»

Федеральный закон Российской Федерации «О беженцах», принятый в 1997 году и дальнейшее совершенствование законодательства об убежище.

3.2. Процедура признания беженцем

3.3. Документирование иностранных граждан, ходатайствующих о признании их беженцами, либо признанных беженцами или получивших временное или политическое убежище

3.4. Гарантии прав лиц, ходатайствующих о признании беженцем или признанных беженцами.

3.5. Временное убежище

3.6. Политическое убежище

ГЛАВА IV. ВЫНУЖДЕННЫЕ ПЕРЕСЕЛЕНЦЫ – КАТЕГОРИЯ МИГРАНТОВ, ХАРАКТЕРНАЯ ДЛЯ РОССИИ В ПОСТСОВЕТСКИЙ ПЕРИОД

ГЛАВА V. РОЛЬ МЕЖДУНАРОДНЫХ, НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫХ И ОБЩЕСТВЕННЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ В РЕШЕНИИ ПРОБЛЕМ МИГРАЦИИ И ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ УБЕЖИЩА

5.1. Международные организации

5.2. Гражданское общество: российские неправительственные организации в сфере миграции

5.3. Развитие институтов гражданского общества в сфере миграции: Общественный совет при ФМС России – итоги двухлетней деятельности

Заключение

Литература

Об авторе

 

ВВЕДЕНИЕ

Глобальная проблема беженцев и лиц, перемещенных внутри страны, — один из самых сложных вопросов, стоящих сегодня перед мировым сообществом. Эта проблема является предметом активного обсуждения, как в рамках международного сообщества, так и внутри государств. «Феномен вынужденных массовых потоков» сегодня ставится во главу угла при исследовании миграционных процессов населения.

Резкое увеличение числа беженцев в мире может приводить к политическим и экономическим кризисам в ряде государств. Подобная ситуация чревата внутригосударственными конфликтами, а в ряде случаев и межгосударственными. Иными словами, миграционные потоки населения оказывают большое влияние на внутригосударственные процессы и на международную безопасность в целом. В этой связи данная проблема с каждым годом приобретает все большее правовое и гуманитарное значение.

Написание этой монографии пришлось на сложное для России, да и для всего мира время – мировой финансовый кризис. Все чаще в различных средствах массовой информации высказываются мнения о резком сокращении количества иностранцев на территории России. В период кризиса некоторые радикальные партии и вовсе предлагают отказаться от мигрантов.

Однако миграция для России становится все более значимым фактором демографического, экономического и культурного развития страны. В ближайшие десятилетия значение миграции еще более повысится. В настоящее время миграция населения достигла исторически уникального уровня, формируя особую модель глобализации. В миграционном обмене участвует подавляющее большинство стан мира (218). Численность внешних мигрантов оценивается приблизительно в 175 млн. человек.

По причинам миграция подразделяется на три основных типа – добровольная, принудительная и вынужденная миграция. Первая связана с добровольным принятием индивидом или социальной группой решения о миграции. Принудительной миграцией (депортацией) можно считать насильственные переселения людей.

Что касается вынужденной миграция, то она вызвана политическими, военными преследованиями на этнической и религиозной основе, или иными обстоятельствами (природные катаклизмы), которые вынуждают население менять место жительства. Вынужденная миграция — территориальные перемещения людей, покинувших место жительства вследствие совершенного в отношении их или членов их семей насилия или преследования либо реальной возможности подвергнуться насилию и преследованию, а также вследствие экстраординарных обстоятельств экономического, природного, техногенного или другого характера.

Проблема вынужденного перемещения людей относится к самым острым из тех, с которыми на протяжении всей своей истории сталкивается человечество. Испокон веков людям приходилось в поисках безопасности покидать свои дома и устремляться в другие места, чтобы избежать преследования, вооруженных конфликтов или политического насилия. Это было практически во всех регионах мира. Не случайно в большинстве мировых религий существуют понятия убежища, пристанища, безопасного приюта и гостеприимства по отношению к людям, находящимся в бедственном положении. Однако вплоть до ХХ века, не существовало, каких либо универсальных норм в отношении защиты таких людей. Попытки защитить их и оказать помощь, как правило, предпринимались на местном уровне и применительно к конкретной ситуации.

Как отмечают современные исследователи, первые беженцы в Европе появились в результате балканский войны 1912-1913 гг. После окончания Первой мировой войны из Прибалтики в Германию переселилось около 1 млн. немцев. В Польшу хлынул поток беженцев из восточной Украины и Белоруссии. Эмиграция из России составляла от 1,5 до 3 млн. беженцев. На последнюю четверть XX – начало XXI веков приходится многократное увеличение масштабов и расширение географии вынужденной миграции, что является результатом сохраняющихся и вновь возникающих очагов политической напряженности, войн, этнополитических конфликтов, экологических катастроф. Основную категорию вынужденных мигрантов составляют беженцы. Комиссия ООН по проблемам беженцев, считает, что речь идет о почти 20 млн. человек.

В настоящее время количество государств, присоединившихся к Конвенции 1951 года о статусе беженцев и Протоколу 1967 года, касающегося статуса беженцев увеличилось и составляет в общей сложности более 140 стран мира. УВКБ ООН оказывает правовою защиту приблизительно 50 млн. человек и помощь нескольким миллионам перемещенных лиц. Конвенция явилась первым международным соглашением, которое касалось основополагающих аспектов жизни беженцев.

Можно утверждать, что вынужденная миграция как одна из тенденций, характеризующих современные мировые миграционные потоки, приобрела глобальный характер.

На постсоветском пространстве вооруженные конфликты и социально-экономический кризис в конце 1980 – начале 1990 годов породили также проблему вынужденной миграции. «Только численность остающихся за пределами России русских и представителей других российских национальностей колеблется в пределах 23-25 млн. человек. А если учесть всех русскоговорящих, то их намного больше». Большинство из них в связи с распадом союзного государства стали нежелательными гражданами в местах постоянного проживания и были вынуждены искать защиту в других государствах, прежде всего в России, которая сыграла для многих сотен тысяч из них роль общего дома.

В связи с межнациональными конфликтами в Азербайджане, Армении, Узбекистане в конце 1980 годов на территории Российской Федерации появились первые вынужденные мигранты. Уже в январе 1990 года в Россию прибыло более 70 тысяч лиц, покинувших места постоянного проживания, а осенью 1991 года их было более 208 тысяч. Всего, начиная с 1992 года, «статус беженца или вынужденного переселенца получили около 1,6 млн. человек».

Для оказания помощи пострадавшим власти СССР принимали соответствующие нормативные правовые акты. Например, Совет Министров СССР 17 января 1990 г. принял Постановление № 56 «О мерах по неотложной помощи гражданам, вынужденно покинувшим Азербайджанскую ССР в результате обострения межнациональных отношений», а 13 апреля 1990 г. — Постановление Совета Министров СССР от № 117 «О мерах по оказанию помощи гражданам, вынужденно покинувшим Азербайджанскую ССР и Армянскую ССР».

Однако эти меры не могли обеспечить решение в полной мере всех возникших проблем в области вынужденной внешней миграции населения. В этой связи власти России и других новых независимых государств вынуждены были разрабатывать и принимать меры по созданию совершенно нового миграционного законодательства, формированию соответствующих государственных структур, подбору кадров, способных организовать эту работу.

Как известно, Верховный Совет Российской Федерации 13 ноября 1992 г. принял Постановление «О присоединении к Конвенции ООН о статусе беженца и Протоколу, касающемуся статуса беженцев» (далее соответственно Конвенция и Протокол). К этому времени эти документы были ратифицированы 114 государствами мира. Советский Союз не входил в число государств-участников, присоединившихся к этим документам. К сожалению, в период холодной войны противники СССР использовали положения конвенции в этом противостоянии. Например, вплоть до 1988 г. всем выезжающим из СССР в США автоматически предоставлялся статус «беженца».

Молодое российское государство посчитало необходимым присоединиться к этим общепризнанным международным документам. Российская Федерация 2 февраля 1993 г. обратилась с заявлением о присоединении к Конвенции и Протоколу без каких-либо ограничений и оговорок. В этой связи Российская Федерация приняла на себя все вытекающие из этого обстоятельства международные обязательства о предоставлении убежища иностранным гражданам и лицам без гражданства в соответствии с нормами международного права.

Определение правового положения иностранных граждан или лиц без гражданства, ищущих убежище на территории Российской Федерации, которое регулируется Федеральным законом от 19 февраля 1993 г. N 4528-I «О беженцах» (с изменениями от 28 июня 1997 г., 21 июля 1998 г., 7 августа, 7 ноября 2000 г., 30 июня 2003 г., 29 июня, 22 августа 2004 г., 18 июля, 30 декабря 2006 г., 23 июля 2008 г.), возложено на Федеральную миграционную службу. В книге рассматривается процесс развития российского законодательства в этой области на основе международной и российской правоприменительной практики о предоставлении убежища иностранным гражданам и лицам без гражданства на территории Российской Федерации.

Понятие «убежище» имеет широкое значение. Российская Федерация предоставляет убежище иностранным гражданам и лицам без гражданства, ищущим убежище на ее территории, путем:

1) признания беженцем;

2) предоставления временного убежища;

3) предоставления политического убежища.

К этому понятию также следует относить лиц еще не получивших любой из указанных статусов, но подавших ходатайство о получении убежища не в своей стране. Статус претендента согласно международным документам сохраняется за ними до тех пор, пока их ходатайство не будет рассмотрено и по нему не будет вынесено соответствующее решение.

Отсутствие в начале 90-х годов прошлого столетия необходимого международного опыта в области миграции населения и понимание, что проблемы вынужденной миграции невозможно решить только на национальном уровне побудило Россию активно включиться в процесс конструктивного международного сотрудничества по проблемам лиц, ищущих убежище, получившим статус беженца, временное или политическое убежище.

К сожалению, проблемы вынужденной миграции, являются актуальными и в настоящее время. Так, во втором полугодии 2008 г. проведена большая работа по оказанию гуманитарной помощи лицам, пострадавшим в грузино-югоосетинском конфликте. Приказом ФМС России от 9 августа 2008 г. № 208 «О содействии в размещении граждан, прибывших из Южной Осетии в экстренном массовом порядке» утверждена процедура учета граждан, прибывших в экстренном порядке. С 7 августа в круглосуточном режиме осуществлялся учет по установленной форме 1-ЧС (мужчин, женщин, детей по возрастным группам). Зарегистрированные лица, начиная с 10 августа 2008 г., направлялись в места временного размещения на территории Южного федерального округа, в том числе в Республику Адыгея, Кабардино-Балкарскую Республику, Карачаево-Черкесскую Республику, Республику Дагестан, Краснодарский и Ставропольский края, Ростовскую область. Для их размещения на территории перечисленных субъектов Южного федерального округа был образован 61 пункт временного размещения, которые до 1 октября были организованно вывезены на прежнее место жительства на территории Южной Осетии (на 5 956 человек).

В целях обеспечения прибывающих в Российскую Федерацию из Южной Осетии лиц мерами социальной поддержки разработано и 11 августа 2008 г. подписано постановление Правительства Российской Федерации № 585 «О содержании в 2008 году граждан, временно покинувших места постоянного проживания на территории Южной Осетии и находящихся в местах временного размещения на территории Российской Федерации». Во исполнение указанного постановления граждане, находящиеся в местах временного содержания, получают продовольствие, проживающим в частном секторе компенсируется плата за коммунальные услуги.

Федеральной миграционной службы постоянно ведется работа по определению правового положения иностранных граждан и лиц без гражданства, ищущих убежище на территории Российской Федерации.

Только за 2008 г. были приняты и рассмотрены ходатайства о признании беженцем, поступившие от 3 967 (АППГ – 2 173) иностранных граждан – выходцев из 55 государств. Произошло увеличение количества рассмотренных ходатайств по сравнению с АППГ в 1,8 раза. Значительный рост количества обращений произошел в августе – сентябре 2008 г., после начала грузино-югоосетинского конфликта за счет обращений выходцев из Грузии, в основном в Республике Северная Осетия – Алания. Начиная с 7 августа на территории 27 субъектов Российской Федерации, было принято ходатайств о признании беженцем 1 745 граждан Грузии и лиц без гражданства, в том числе 1 414 взрослых и 331 несовершеннолетних. Только в УФМС России по Республике Северная Осетия – Алания были приняты ходатайства от 1 372 человек.

В 2008 г. были признаны беженцами 350 выходцев из 17 государств. Большую часть признанных беженцев составляют выходцы из Афганистана и Грузии, соответственно 74% и 13%. По состоянию на 1 января 2009 г. на учете территориальных органов ФМС России состояли 713 беженцев, выходцев из 24 государств (АППГ – 475 человек увеличение в 1,5 раза).

За год были приняты и рассмотрены заявления о предоставлении временного убежища 1 829 человек, выходцев из 43 государств, (АППГ – 889 человек, рост в 1,2 раза). В 2008 г. временное убежище предоставлено 797 иностранным гражданам – выходцам из 10 государств. Одновременно с определением правового положения выходцев из Грузии осуществляется документирование лиц, утративших в период грузино-югоосетинского конфликта документы, удостоверяющие личность.

Вынужденная миграция в мире продолжает оставаться одной из наиболее исследуемых тематик на протяжении трех последних десятилетий. К числу важных зарубежных работ, исследующих проблемы глобальных процессов миграционной политики, следует отнести труды таких авторов, как: Д. Пападемиетриу, А. Инкельса, Д. Левинсона, Гая С. Гудвина-Гилла и других.

Вновь возникшие в начале 1990-х гг. и видоизменяющиеся традиционные миграционные проблемы инициировали появление теоретических исследований в этой области в Российской Федерации. С распадом СССР и крушением социалистической системы массовый характер миграции отразился на количестве исследований.

Вместе с тем анализ проведенных исследований выявил, что, несмотря на большой вклад ученых в разработку проблем миграции на рубеже ХХ-ХХI веков, существует ряд дискуссионных вопросов. К сожалению, следует отметить, что различные аспекты миграционной проблематики исследованы неравномерно. В период мирового финансового кризиса нуждаются в дальнейшем изучении вопросы формирования и реализации государственной миграционной политики Российской Федерации в сфере вынужденной миграции и предоставления убежища, механизмов воздействия миграционных процессов на социально — экономическое развитие регионов и социальный климат в районах сосредоточения вынужденных мигрантов, реализации международных обязательств Российской Федерации в отношении беженцев.

Чтобы миграция давала положительные результаты, а ее негативные последствия были минимальными, по мнению автора, миграционными процессами следует грамотно управлять. Необходимо готовить специалистов в области управления миграционными процессами — менеджеров. Это касается как внутренней, так и внешней миграции. Необходимость совершенствования современной государственной миграционной политики Российской Федерации в условиях финансового кризиса диктуется не только требованием решать имеющиеся проблемы, связанные с современными миграционными процессами, но и с точки зрения перспектив развития России.

Поскольку в соответствии с Конституцией Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы, а в случае, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора, в первой части работы автор рассматривает международный опыт и нормы в сфере предоставления убежища, представляющие большой интерес для их использования в российской законотворческой деятельности и правоприменительной практике.

Далее в монографии рассматриваются проблемы вынужденной миграции на постсоветском пространстве, создание органов управления миграцией в России, формирование политики Российской Федерации в области вынужденной миграции и самые современные вопросы, связанные с проведением процедуры предоставления статуса беженца, временного или политического убежища, права и обязанности лиц, получивших искомый статус, вопросы их документирования, интеграции и адаптации. Отдельные главы посвящены особой категории вынужденных мигрантов, характерной для России в постсоветский период – вынужденным переселенцам, а также роли международных, неправительственных и общественных организаций в решении проблем предоставления убежища.

В монографии приводятся последние изменения в сфере предоставления убежища с учетом всех нововведений на день сдачи работы в печать, наиболее значимые изменения, происходящие в законодательстве в новых условиях, проводится анализ российской практики, даются соответствующие рекомендации.

Читателям предлагается удобный способ ознакомления с материалом. Большинство разделов иллюстрируется таблицами, схемами, образцами документов. Причем для наглядности они приводятся в контексте изложения вопроса, а не в конце книги, в приложениях. Вместе с тем читатель самостоятельно может в подлиннике ознакомиться с содержанием большинства действующих нормативных правовых актов как международных, так и национальных в сфере предоставления убежища, в том числе последних, принятых в период написания этой книги в 2007 — 2009 годах. Все данные по состоянию на 15 сентября 2009 года.

Также в целях удобства читателей автор использует ряд сокращений, в частности, полное наименование нормативного правового акта с внесенными изменениями и дополнениями приводится в тексте только один раз, при первом его изложении, а в дальнейшем используется сокращенное название.

Работа является обобщением и осмыслением существующих научных исследований по проблемам предоставления убежища, равно как и накопленного автором практического опыта в вопросах формирования и реализации государственной миграционной политики в сфере вынужденной миграции и предоставления убежища иностранным гражданам и лицам без гражданства в Российской Федерации. Исследование подготовлено на основе многолетнего опыта работы автора в Федеральной миграционной службе и преподавания на кафедре управления миграционными процессами Института государственного управления и права Государственного университета управления.

Монография представляет интерес для научных работников, политологов, юристов, экономистов, социологов, представителей неправительственных, общественных и иных организаций, изучающих проблемы миграции или работающих в этой сфере.

Может быть использована в качестве учебного пособия для студентов специальности «Менеджмент организации», специализация «Управление миграционными процессами», а также для студентов других высших учебных заведений, слушателей курсов, семинаров, изучающих проблемы миграции населения и работников органов государственного управления в сфере миграции.

Автор выражает глубокую благодарность и признательность за действенную помощь в подготовке издания заведующему кафедрой управления миграционными процессами ГУУ профессору Ю.В. Рощину, коллективу кафедры управления миграционными процессами: кандидату экономических наук Т.И. Куценко, кандидату политических наук В.А. Суворовой, кандидату психологических наук С.А. Гришаевой, кандидату юридических наук С.Б. Ягодину, кандидату исторических наук Н.В. Лахаревой, кандидату экономических наук Ю.В. Дмитриевой, кандидату экономических наук А.И. Лебедевой, старшему преподавателю Ю.А. Архипову, М.В. Ботовой, Т.И. Чопко, К.А. Шахвердиевой, ведущему научному сотруднику Института государства и права РАН, кандидату юридических наук Н.А. Ворониной и всем ученым, коллегам, сотрудникам государственных, неправительственных, общественных организаций и частных структур, принявшим активное участие в подготовке и издании этой книги.

Отдельное спасибо работникам международных организаций и, прежде всего Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев, а также Международной организации по миграции, Международной организации труда и их представительств в Москве, исполкомов МПА СНГ и МПА ЕврАзЭС.

Автором использовались труды известных ученых в области миграции населения, в частности: Ю.А. Архипова, Г.С. Витковской, А.Г. Вишневского, О.Д. Воробьевой, Н.А. Ворониной,

А.В. Дмитриева, Ж.А. Зайончковской, И.В. Ивахнюк,

В.А. Ионцева, В.А. Каламанова, А.Н. Каменского, Е.С. Красинца, О.Е. Кутафина, Т.И. Куценко, В.П. Лукина, Е.А. Лукашовой, И.А. Малахи, В.И. Мукомеля, А.Д. Назарова, В.И. Переведенцева, Т.М. Регент, Ю.В. Рощина, Л.Л. Рыбаковского, С.В. Рязанцева, В.А. Суворовой, В.А. Тишкова, А.В. Топилина, М.Л. Тюркина,

Е.В. Тюрюкановой, О.С. Чудиновских, Т.Я. Хабриевой, Т.Н. Юдиной, С.Б. Ягодина и ряда других ученых.

Консультативную и организационную помощь при подготовке этой работы оказали заместитель начальника Управления по делам переселенцев А.И. Левин и начальник Отдела по вопросам убежища Управления по вопросам гражданства Федеральной миграционной службы В.К. Ручейков, а также члены Общественного и Научного советов ФМС России.

 

ГЛАВА I. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ИНСТИТУТА УБЕЖИЩА В МИРОВОЙ ПРАКТИКЕ

 1.1. Мировой опыт и эволюция международных подходов к формированию института убежища

С начала ХХ века международное сообщество столкнувшись с проблемой беженцев, из гуманитарных соображений стало брать на себя функции по их защите и оказанию помощи. Одновременно с заключением первых международных соглашений в интересах беженцев создавались институты для реализации этих соглашений. В 1921 г. Председатель Международного Комитета Красного Креста Креста Гюстав Адор обратился к Совету Лиги наций от имени около 8000 тыс. русских, разбросанных по всей Европе и не имевших ни защиты, ни статуса, в результате чего в июне того же года Совет постановил назначить Верховного комиссара по делам русских беженцев, а спустя два месяца на этот пост был назначен Фритьоф Нансен.

В задачи Верховного комиссара входили: определение правового статуса беженцев, организация их репатриации или «направления» в потенциальные страны расселения, а также оказание помощи совместно с частными организациями.

В тот период Лига Наций помогала и другим группам лиц; среди них армяне, массовое перемещение которых из Турции в соседние страны началось в 1915 г. и возобновилось в 1921 г.; ассирийцы и ассиро-халдеи, а также 150 человек турецкого происхождения, которым Лозаннским протоколом от 24 июля 1923 г. было прямо запрещено возвращаться в страну происхождения. В 1920-х годах также началось бегство людей от фашизма: сначала из Италии, затем из Испании и, наконец, в 1930-е годы — из Германии и территорий, завоеванных ею или включенных в ее состав.

В соглашении 1928 г. рекомендовалось, чтобы представители Верховного комиссара оказывали беженцам услуги, обычно оказываемые гражданам страны за границей консульскими службами. Для того, чтобы придать законную силу этим рекомендациям, Франция и Бельгия — заключили соглашение, уполномочившее представителей Верховного комиссара выдавать соответствующие документы.

В 1923—1929 гг. оказание некоторых «технических услуг», в основном в сфере помощи, было поручено Международной организации труда, а Верховный комиссар продолжал нести ответственность за политическую и правовую защиту беженцев.

После смерти Нансена в 1930 г. Лига Наций учредила Бюро Нансена для проведения гуманитарных мероприятий в интересах беженцев и поручила их защиту Генеральному секретарю. Затем органы сменяли друг друга: в 1933 г. было создано Управление Верховного комиссара по делам беженцев, прибывающих из Германии; в 1938 г. — Управление Верховного комиссара по делам всех беженцев. В задачи последнего входили правовая и политическая защита беженцев, отслеживание вступления в силу соответствующих конвенций, координация гуманитарной помощи и помощь правительствам и частным организациям в их усилиях по содействию эмиграции и постоянному расселению.

Кроме того, в 1938 г. после Эвианской конференции с участием 32 стран, созванной по инициативе Соединенных Штатов для рассмотрения «вопроса о принудительной эмиграции», был учрежден Межправительственный комитет по делам беженцев (МКБ). В то же время сохранялся поток беженцев из Германии и Австрии, и было признано, что решением проблемы будет согласование действующих иммиграционных законов и практики по вынужденной иммиграции при координации со страной происхождения.

С октября 1939 г. МКБ фактически бездействовал, хотя после встречи представителей Великобритании и США на Бермудских островах в апреле 1943 г. он был существенно реорганизован. В ноябре того же года союзники создали Администрацию Объединенных Наций по вопросам помощи и послевоенного восстановления (ЮНРРА); как показывают его название и время основания, оно должно было оказывать помощь миллионам людей, перемещенных из-за Второй мировой войны, и в частности тем, кто хотел бы вернуться на родину.

ЮНРРА было задумано как временное учреждение и занималось беженцами только в рамках своих функций по оказанию чрезвычайной помощи. Несмотря на значительные успехи в организации возвра-щения перемещенных лиц, к июню 1947 г. не были решены проблемы почти 650 тыс. человек; большинство их составляли восточные европейцы, многие находились на положении беженцев после войны.

В 1946 г. Организация Объединенных Наций признала основополагающий принцип, согласно которому ни один беженец, представивший веские возражения против возвращения в страну происхождения, не может быть принужден к этому. Кроме того, по рекомендации Экономического и Социального Совета Организации Объединенных Наций (ЭКОСОС) была создана Международная организация по делам беженцев (МОБ), которая определила лиц, подпадавших под действие ее мандата. В ее Уставе были закреплены следующие функции: репатриация, установление личности, регистрация и классификация лиц, подлежавших компетенции Организации, попечение о них и оказание им помощи, правовая и политическая защита, а также их перевозка, расселение и окончательное возвращение к обычной жизни.

Хотя имелось общее согласие помогать жертвам нацистских, фашистских и других подобных режимов, многие страны продолжали решительно выступать против международной защиты так называемых политических диссидентов. Те же страны утверждали, что число лиц, «не подлежащих репатриации», значительно сократилось бы, если бы в лагерях прекратилась враждебная пропаганда и если бы пресекались действия военных преступников и им подобных лиц. Эти протесты вылились в отказ финансировать крупномасштабные операции по расселению.

Весь период деятельности МОБ и особенно ее работа по расселению беженцев подвергались резким нападкам — прямым и косвенным — в Организации Объединенных Наций. Прямые нападки касались, прежде всего, «соучастия» МОБ в деятельности по переселению, якобы призванной удовлетворить спрос на рабочую силу и прикрыть эмигрантские организации, которые вынашивали заговоры и угрожали миру во всем мире. Ответы выглядели слабо: делались в основном заявления о принципах (свобода возвращаться или не возвращаться), и лишь изредка на страны Восточной Европы возлагали ответственность за исход беженцев. МОБ продолжала работать в период обострения напряженности между Востоком и Западом. Ее продолжали финансировать лишь 18 из 54 правительств государств, входивших тогда в Организацию Объединенных Наций, и неудивительно, что ее политика подчинялась политическим вихрям эпохи и что обвинения в том, что она служит «иммиграционным бюро», имели некоторые основания.

Под эгидой МОБ были расселены десятки тысяч беженцев и перемещенных лиц. В этом проявлялись эгоистические интересы государств; политика расселения беженцев обеспечивала и более широкие политические интересы. И в то же время отдельные государства и международное сообщество столкнулись со сложнейшей гуманитарной проблемой. Ситуации, с беженцами могут вызывать и вызывают нестабильность: если их не устранять, то возможно возникновение недовольства среди беженцев и политической напряженности на местном, региональном или глобальном уровне. Приходилось искать решения. С учетом характера отношений того времени между Западом и Востоком самым привлекательным вариантом для государств, занявшихся решением этой проблемы, стало переселение беженцев в третьи страны.

Основной задачей МОБ было преодоление последствий Второй мировой войны и политических перемен. Однако еще в период ее существования Генеральная Ассамблея признала необходимость создать организацию-преемницу, и когда МОБ завершала работу, обсуждались, прежде всего вопрос об определениях (чьим интересам должны служить международные мероприятия) и вопрос о функциях (что нужно делать для беженцев, кто должен это делать и кто должен платить). Восточноевропейские страны продолжали высказывать подозрения, но существенно изменилась и политика Соединенных Штатов — крупнейшего донора. Деятельность МОБ обходилась дорого, и власти США все больше полагались на собственные программы для беженцев (такие как escapee programme), на двусторонние и региональные соглашения, а также на Межправительственный комитет по вопросу о европейской миграции, созданный в 1951 г. вне системы ООН.

МОБ действовала до 28 февраля 1952 г.. С 1 января 1951 года Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций приняла решение о создании Управления Верховного комиссара Организация Объединенных Наций по делам беженцев (УВКБ ООН), которое первоначально было учреждено на трехлетний срок, ныне его мандат возобновляется каждые пять лет.

 1.2. Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН) как основной институт международной системы защиты беженцев и лиц, ищущих убежище

Среди специальных органов по защите беженцев центральное место занимает Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев. УВКБ ООН было создано резолюцией Генеральной Ассамблеи 319(IV) от 3 декабря 1949 г. На следующей сессии резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 428(V) от 14 декабря 1950 г. был утвержден Устав УВКБ ООН, в котором кроме закрепления понятия «беженец» был определен статус Управления. Согласно Уставу, УВКБ ООН является вспомогательным органом Генеральной Ассамблеи ООН и находится в подчиненном положении в отношении, как Генеральной Ассамблеи, так и Экономического и Социального Совета ООН.

Структура штаб-квартиры УВКБ ООН представлена на следующей схеме

В настоящее время УВКБ ООН представляет собой одно из основных международных учреждений, занимающихся проблемами такой категории внешних мигрантов, как беженцы. Возглавляет УВКБ ООН Верховный комиссар, избираемый Генеральной Ассамблеей по представлению Генеральным секретарем соответствующей кандидатуры сроком на три года.

Впервые Верховный комиссар по делам беженцев был назначен Лигой Наций в 1922 году, им стал Фритьоф Нансен.

Пост Верховного комиссара ООН по делам беженцев занимали:

Геррит ван Хёвен Гудхарт (Нидерланды) 1951 — 1956

Август Линдт (Швейцария) 1956 — 1960

Феликс Шнайдер (Швейцария) 1960 — 1965

Садруддин Ага-хан (Иран) 1965 — 1977

Поул Хартлинг (Дания) 1978 — 1985

Торвальд Столтенберг (Норвегия) январь — ноябрь 1990

Садако Огата (Япония) февраль 1991 — 2000

Рууд Любберс (Нидерланды) 2001 — 2005

Антонио Гутерреш (Португалия) с 2005 года (полномочия истекают в 2010 году)

В свою очередь, Верховный комиссар назначает на тот же срок своего заместителя, который не может быть гражданином того же государства, что и он сам.

Организационная структура Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев выглядит следующим образом.

Возглавляет Управление — Верховный комиссар, следующий уровень – заместитель Верховного комиссара и помощник Верховного комиссара.

В ведении заместителя Верховного комиссара находятся следующие управления и отделы: международной защиты; разработки юридических принципов; ресурсов; финансирования; кадров.

В ведении помощника Верховного комиссара находятся следующие управления и отделы: информационного обеспечения; по сбору донорских средств; связям с общественностью; оперативных действий; региональные бюро.

Персонал Управления Верховного комиссара назначается Верховным комиссаром в пределах предоставленных ему бюджетных ассигнований и несет перед ним ответственность за исполнение своих обязанностей. Условия службы персонала тождественны с теми, которые установлены положениями о персонале, принятыми Генеральной Ассамблеей, и правилами, изданными на основании этих положений Генеральным секретарем. Может быть также предусмотрено использование персонала, не получающего вознаграждения.

Основным документом, регламентирующим деятельность УВКБ ООН, является – Устав, принятый Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций 14 декабря 1950 года в качестве приложения к Резолюции 428 (V). Согласно данному документу, Верховный комиссар не подчинен Генеральному секретарю, а действует под руководством Генеральной Ассамблеи, следует руководящим директивам этого органа или Экономического и Социального Совета, а также и занимается другими видами деятельности, в том числе репатриацией и расселением.

В целях определения необходимости назначения представителей УВКБ ООН в отдельных странах мира Верховный комиссар консультируется с правительствами соответствующих государств. В каждой стране, признающей в том необходимость, может быть назначен представитель, утверждаемый правительством данной страны. При этом одно и то же лицо может являться представителем сразу в нескольких государствах.

Обязанности Верховного комиссара определяются Уставом и рядом резолюций, принятых впоследствии Генеральной Ассамблеей. Верховный комиссар ежегодно представляет доклад Генеральной Ассамблее через Экономический и Социальный Совет. В соответствии с пунктом 4 Устава, Экономический и Социальный Совет учредил Консультативный комитет по делам беженцев, который был затем преобразован в Исполнительный комитет Фонда Организации Объединенных Наций помощи беженцам (ЮНРЕФ), а последний в 1958 году — в Исполнительный комитет Программы Верховного комиссара. Члены Исполнительного комитета избираются, на основе максимально широкого географического представительства, Экономическим и Социальным Советом из числа государств, с учетом проявленного ими интереса к разрешению про-блемы беженцев и преданности этому делу. В соответствии со своими полномочиями Исполнительный комитет, среди прочего, рассматривает и утверждает программы предоставления материальной помощи Управлением Верховного комиссара, и, по просьбе Верховного комиссара, дает рекомендации относительно выполнения его/ее обязанностей в соответствии с Уставом. Первоначально в Исполнительный комитет входили 24 государства. В 1996 году число членов Комитета возросло до 50.

Штаб-квартира Управления Верховного Комиссара Организации Объединенных Наций по делам беженцев находится в Женеве, Швейцария. Его представительства и уполномоченные работают в 120 странах мира.

Верховный комиссар Организации Объединенных Наций по делам беженцев, действует под руководством Генеральной Ассамблеи. Его основной обязанностью является деятельность по предоставлению международной защиты, тем беженцам, которые подпадают под действие его устава, а также по изысканию окончательного разрешения проблемы беженцев путем оказания содействия правительствам и, с согласия соответствующих правительств, частным организациям для облегчения добровольной репатриации беженцев или их ассимиляции в новых странах. Деятельность Верховного комиссара совершенно аполитична по своему характеру; она носит гуманитарный и социальный характер и касается, как правило, лишь отдельных групп и категорий беженцев. Верховный комиссар следует руководящим директивам Генеральной Ассамблеи или Экономического и Социального Совета.

Компетенция Верховного комиссара распространяется:

на всех лиц, которые рассматриваются как беженцы в силу Соглашений от 12 мая 1926 года и 30 июня 1928 года или в силу Конвенций от 28 октября 1933 года и 10 февраля 1938 года, Протокола от 14 сентября 1939 года или же в силу устава Международной организации по делам беженцев;

на всех лиц, которые, в результате событий, происшедших до 1 января 1951 года и в силу вполне обоснованных опасений стать жертвой преследований по признаку расы, вероисповедания, гражданства или политических убеждений, находятся вне страны своей гражданской принадлежности и не могут пользоваться защитой правительства этой страны или не желают пользоваться такой защитой либо вследствие таких опасений, либо по причинам, не связанным с соображениями личного удобства; или, не имея определенного гражданства и находясь вне страны своего прежнего обычного местожительства, не могут или не желают вернуться в нее вследствие таких опасений либо по причинам, не связанным с соображениями личного удобства.

Компетенция Верховного комиссара не распространяется на тех лиц, которые:

добровольно вновь воспользовались защитой страны своей гражданской принадлежности; или,

лишившись своего гражданства, снова его добровольно приобрели; или

приобрели новое гражданство и пользуются защитой страны своей новой гражданской принадлежности; или

добровольно вновь обосновались в стране, которую они покинули или вне пределов которой они пребывали вследствие опасений преследований; или

не могут более ссылаться на причины, не связанные с соображениями личного удобства, в обоснование своего отказа пользоваться защитой страны своей гражданской принадлежности, ибо обстоятельства, на основании которых они были признаны беженцами, более не существуют, причем ссылка на причины чисто экономического характера недопустима; или

будучи лицами, не имеющими определенного гражданства, не могут более ссылаться на какие-либо иные причины, кроме соображений личного удобства, в обоснование своего неизменного отказа вернуться в страну своего прежнего обычного местожительства, ибо обстоятельства, на основании которых они были признаны беженцами, более не существуют, и они могут вернуться в эту страну;

на всех других лиц, которые находятся вне страны своей гражданской принадлежности или, если они не имеют определенного гражданства, вне страны своего прежнего обычного местожительства, вследствие испытываемых или испытанных ими вполне обоснованных опасений преследований по признаку расы, вероисповедания, гражданства или политических убеждений или не могут или, по причинам указанных опасений, не желают пользоваться защитой правительства страны своей гражданской принадлежности или если они не обладают определенным гражданством, возвратиться в страну своего прежнего обычного местожительства.

Защита беженцев, забота о которых входит в компетенцию УВКБ ООН осуществляется путем:

содействия заключению и ратификации международных конвенций о защите беженцев, наблюдения за выполнением постановлений этих конвенций и предложения необходимых поправок к ним;

— содействия, при помощи специальных соглашений с правительствами, выполнению любых мероприятий, имеющих своей целью облегчение положения беженцев и сокращение числа беженцев, нуждающихся в защите;

— содействия правительственным и частным усилиям, направленным на поощрение добровольной репатриации беженцев или их ассимиляции в новых странах;

— облегчения допуска беженцев, не исключая тех, которые принадлежат к категориям наиболее нуждающихся, на территорию различных государств;

— стараний получить разрешение для перевода имущества беженцев, особенно того имущества, которое необходимо для их расселения;

— получения от правительств информации относительно числа беженцев на их территории и положения их, а также законов и постановлений, их касающихся;

— поддержания тесного контакта с заинтересованными правительствами и межправительственными организациями;

— установления наиболее целесообразного, по его мнению, контакта с частными организациями, занимающимися вопросом о беженцах;

— облегчения координации усилий частных организаций, занимающихся попечением о беженцах.

Кроме того, УВКБ ООН занимается и другими видами деятельности, в том числе репатриацией и расселением, которые могут быть определены Генеральной Ассамблеей.

Верховному комиссару поручается также заведование всеми общественными или частными средствами, получаемыми им для оказания помощи беженцам, и распределение их между частными и, если потребуется, государственными учреждениями, которые он считает наиболее квалифицированными для оказания такой помощи. Верховный комиссар может отклонять любые предложения, которые он считает неподходящими или которые не могут быть использованы.

Обращаться к правительствам с просьбой о предоставлении средств или выступать с призывами общего характера Верховный комиссар имеет право только с разрешения Генеральной Ассамблеи. Отчет о своей работе в этой области он включает в свой ежегодный доклад Генеральной Ассамблее, который рассматривается отдельным пунктом повестки дня.

УВКБ ООН, наделенное универсальной юрисдикцией в отношении беженцев, тесно сотрудничает с рядом других подразделений ООН, в частности с:

1) Управлением ООН по координации гуманитарных вопросов (УКГВ), координирующим помощь со стороны ООН при гуманитарных кризисах, выходящих за рамки возможностей и мандата какого-то одного учреждения (нередко — при репатриации или перемещении людей внутри страны);

2) Мировой продовольственной программой (МПП), направляющей чрезвычайную продовольственную помощь, в том числе в лагеря для беженцев;

3) Детским фондом ООН (ЮНИСЕФ), поощряющим права детей через программы по обеспечению здоровья, питания, образования, профессионального обучения детей и социальных услуг для них и часто дополняющим своими мероприятиями усилия УВКБ ООН, предпринимаемые в интересах детей — беженцев;

4) Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ), направляющей и координирующей работу в области здравоохранения и проводящей кампании по иммунизации и охране репродуктивного здоровья;

5) Программой развития ООН (ПРООН), координирующей все мероприятия ООН в области развития, в частности наблюдения за долгосрочными усилиями по обеспечению развития после чрезвычайной ситуации, связанной с беженцами, и содействии интеграции беженцев в странах убежища, либо их реинтеграции по возвращении на родину;

6) Программой ООН по ВИЧ/СПИДу (ЮНАИДС), которая, будучи ведущим пропагандистом всемирных действий против этой эпидемии, возглавляет инициативы по заботе о пострадавших и по их поддержке;

7) Управлением Верховного комиссара ООН по правам человека (УВКПЧ), координирующим работу ООН по защите прав человека и реагирующим на серьезные нарушения этих прав.

Кроме специализированных учреждений ООН УВКБ ООН регулярно взаимодействует со многими другими международными организациями. Так, например:

Международным комитетом Красного Креста (МККК) — независимым учреждением, деятельность которого направлена на помощь всем жертвам войны (в том числе жертвам внутренних конфликтов) и в соблюдении международного гуманитарного права.

Международной федерацией обществ Красного Креста и Красного Полумесяца (МФКК), оказывающей через свои национальные общества гуманитарную помощь людям, пострадавшим от чрезвычайных ситуаций, и содействующей соблюдению международного гуманитарного права.

Международной организацией по миграции (MOM) — межправительственной организацией, оказывающей осуществляющей различные миграционные услуги, нередко содействующей добровольной репатриации граждан.

В конкретных регионах УВКБ ООН также сотрудничает с региональными организациями. Как, например Организацией африканского единства, Организацией американских государств (ОАГ) и Советом Европы и др. Ими разрабатываются общие руководящие принципы укрепления демократических институтов, борьбы против всех форм этнической розни и дискриминации, а также против преследования по религиозным и идеологическим соображениям для укрепления норм межгосударственного сотрудничества.

Среди важнейших документов, созданных этими организациями можно выделить такие документы, как Конвенция ОАЕ 1969 г., содержащая конкретные аспекты проблем беженцев в Африке, Американская Конвенция 1969 г. о правах человека, Европейская Конвенция 1950 г. об отмене виз для беженцев, Европейское соглашение 1972 г. о социальном обеспечении и Дополнительное соглашение к нему, Европейское соглашение 1967 г. о консульских функциях с Протоколом о защите беженцев и Европейское соглашение о передаче ответственности за беженцев.

Типичными примерами НПО, деятельность которых можно назвать защитой являются: «Международная амнистия», общество борьбы с рабством, Группа по правам меньшинств и международная комиссия юристов и другие.

Уставом УВКБ ООН предусмотрено также установление контактов с «частными организациями» и организация довольно активно сотрудничает с неправительственными организациями, различающимися размерами, источниками финансирования, видами и географическими зонами деятельности. Сотни национальных и международных НПО участвуют в оказании помощи беженцам и лицам, ищущим убежища, и в их защите по всему миру. Более 500 НПО работают с УВКБ ООН как партнеры-исполнители: обычно они оказывают беженцам материальную помощь или помогают создавать и содержать лагеря для беженцев.

Среди наиболее известных НПО — организация «Врачи без границ», специализирующаяся на оказании медицинской помощи и услуг по охране здоровья беженцев в экстренно созданных лагерях и поселениях; «Комитет США по делам беженцев», регулярно выезжающий на места и публикующий документы о ситуациях и наиболее острых проблемах; «Европейский совет по делам беженцев и вынужденных мигрантов» — форум для сотрудничества более чем 60 европейских НПО, различные «советы по делам беженцев», которые дают юридические и иные консультации, стремятся повлиять на национальную политику в отношении беженцев или лиц, ищущих убежище; правозащитные организации, чья деятельность по представлению докладов, наблюдению и лоббированию интересов исследуемых категорий мигрантов является логическим продолжением мандата.

В вопросах финансирования организации УВКБ ООН руководствуется соответствующими положениями Организации Объединенных Наций и финансовыми правилами, издаваемыми Генеральным секретарем на основании этих положений. В пределах бюджета Генеральный секретарь предоставляет Верховному комиссару необходимое обслуживание и оборудование. Финансирование административных расходов, связанных с функционированием УВКБ ООН осуществляется из бюджета Организации Объединенных Наций, все другие расходы, связанные с деятельностью Верховного комиссара, покрываются из добровольных взносов.

Операции, относящиеся к находящимся в распоряжении Верховного комиссара денежным средствам, подлежат ревизии со стороны Ревизионной комиссии Организации Объединенных Наций, причем Ревизионная комиссия может принимать проверенные отчеты от учреждений, которым были предоставлены денежные средства. Верховный комиссар и Генеральный секретарь заключают административные соглашения о хранении и распределении этих средств в соответствии с финансовыми положениями Организации Объединенных Наций и финансовыми правилами, издаваемыми Генеральным секретарем на основании этих положений.

Статус УВКБ ООН в сфере международной защиты на протяжении ряда лет постоянно подкрепляется соответствующими резолюциями Генеральной Ассамблеи, содержащими призывы к государствам мира о поддержании деятельности Верховного комиссара, к примеру путем допуска беженцев на свои территории, соблюдения принципа non-refoulment и присоединения к международным договорам. Несмотря на то, что государства продолжают пользоваться определенной свободой принятия решений при обращении с беженцами, УВКБ ООН с его главной функцией по предоставлению беженцам международной защиты играет центральную роль в аналогичной системе надзора. Право УВКБ ООН осуществлять защиту на основе универсальной юрисдикции, дополнительно подкреплено решением Международного Суда. Таким образом, УВКБ ООН – становится полномочным представителем «международного общественного порядка», перед которым стоят следующие конкретные задачи: предупреждение возвращения беженцев в страну или территорию, где их жизни или свободе может угрожать опасность; обеспечение доступа к процедуре установления статуса беженца; обеспечение предоставления убежища; предотвращение высылки; освобождение из-под стражи; выдача удостоверений личности и проездных документов; содействие добровольной репатриации; содействие воссоединению семей; обеспечение доступа в учебные заведения; обеспечение права на труд и пользования другими экономическими и социальными правами; обеспечение беженцам обращения в целом соответствующего международным нормам, не исключая доступа к УВКБ ООН и доступа УВКБ ООН к беженцам, оказания физической и медицинской помощи обеспечения их личной безопасности; облегчение натурализации.

В настоящий период УВКБ ООН является не только форумом, на котором могут быть представлены мнения государств, но и одним из действующих лиц, влияющих на процесс нормотворчества в соответствующей сфере. Организация не просто сотрудничает с государствами и рядом международных, региональных и национальных организаций, а, прежде всего, координирует всю международную защиту лиц, ищущих убежище и беженцев.

УВКБ ООН назначает Послов доброй воли, среди них: Барбара Хендрикс, Анджелина Джоли, Джорджо Армани, Ричард Бартон, Софи Лорен.

На протяжении 60 лет УВКБ ООН занимается обеспечением беженцев основными правами человека и решением их проблем путем репатриации на родину, интеграции в странах, предоставивших убежище или путем переселения в третьи страны.

Дважды за все время своей деятельности УВКБ ООН было удостоено высочайшей международной награды – Нобелевской премии мира. В свою очередь УВКБ ООН учредило собственную ежегодную награду – Медаль Нансена (первого Верховного комиссара Лиги Наций по делам беженцев).

 1.3. Правовая основа функционирования международной системы убежища

Условно все международно-правовые документы в области защиты прав беженцев можно разделить на две категории: первая категория — это документы универсального характера, центральным звеном которых является Конвенция о статусе беженцев 1951 г., а также Протокол к ней 1967 г.; вторая категория — это документы регионального характера, которые имеют свою специфику по сравнению с универсальными соглашениями.

Конвенция о статусе беженцев 1951 г., разработанная одновременно с созданием УВКБ ООН, является основным универсальным международным соглашением по проблеме беженцев.

Международные действия в защиту беженцев, установленные Лигой Наций привели к принятию целого ряда международных соглашений по этому вопросу. Согласно этим документам, беженцы каждой категории подразделялись по их национальному происхождению или территории, которую они покинули, а также в связи с отсутствием дипломатической защиты со стороны своего государства. Это разделение было просто в толковании и позволяло легко установить, кто являлся беженцем.

Вскоре после Второй мировой войны, обострившей проблему беженцев, возникла необходимость в новом международном документе, который определял бы правовой статус лиц, ищущих убежище. Вместо специальных документов, относящихся к особым категориям беженцев, было решено разработать единый документ, содержащий общее определение лиц, которых следует считать беженцами

Для подготовки такого документа в 1951 г. в Женеве в соответствии с решением Генеральной Ассамблеи ООН была созвана Конференция полномочных представителей. В результате ее работы 28 июля 1951 г. была принята Конвенция о статусе беженцев, которая вступила в действие 21 апреля 1954 г. При принятии данного документа был определен круг лиц, считающихся беженцами. Если предыдущие международные акты касались лишь отдельных групп беженцев, то определение понятия «беженец», данное в статье 1 Конвенции носит общий характер. Действие Конвенции распространяется лишь на лиц, которые стали беженцами в результате событий, происшедших до 1 января 1951 г. Тем не менее действие Кон-венции распространяется также и на лиц, которые стали беженцами после этой даты, если можно доказать, что их бегство было обусловле-но событиями, происшедшими ранее. Конвенция не применяется в отношении тех лиц, которые стали беженцами в результате событий, происшедших после 1 января 1951 г.

Как видим, особенность новой Конвенции заключается в том, что она обобщает предыдущие международные акты, касающиеся беженцев, и представляет собой наиболее широкую кодификацию прав беженцев, которая когда-либо была предпринята на международном уровне.

В соответствии с общим определением, содержащимся в ст.1. Конвенции 1951 года, беженцем является лицо, которое «в результате событий, происшедших до 1 января 1951 г. в силу вполне обоснованных опасений стать жертвой преследований… находится вне страны своей гражданской принадлежности или вне страны своего прежнего постоянного места жительства, имеет вполне обоснованные опасения стать жертвой преследования по признаку расы, вероисповедания, гражданства, принадлежности к определенной социальной группе или политических убеждений и не может и не желает вернуться в нее вследствие таких опасений».

С течением времени и в силу возникновения новых категорий беженцев усилилась необходимость в разработке таких положений Конвенции, действие которых могло бы распространяться на эти новые категории беженцев.

В связи с этим в 1966 г. был подготовлен и представлен Генеральной Ассамблее ООН Протокол, касающийся статуса беженцев. Генеральная Ассамблея в резолюции 2198 (XXI), принятой 16 декабря 1966 г., приняла к сведению Протокол и просила Генерального секретаря препроводить текст Протокола государствам, с тем, чтобы дать им возможность присоединиться к этому Протоколу. Подлинный текст Протокола был подписан председателем Генеральной Ассамблеи и Генеральным секретарем в Нью-Йорке 31 января 1967 г. и направлен правительствам. Он вступил в силу 4 октября 1967 г. после депонирования шестого акта о присоединении. Протокол 1967 г. снимает географические и временные ограничения, содержащиеся в Конвенции, в соответствии с которыми в основном европейские беженцы-участники событий до 1 января 1951 г., могли ходатайствовать о получении статуса беженца.

Основными положениями Конвенции 1951 года и Протокола 1967 года являются:

1. Положения, дающие основополагающее определение тех лиц, кто является / не является беженцем, и тех, кто был беженцем, но перестал быть таковым.

2. Положения, определяющие правовой статус беженцев, и их права и обязанности в стране убежища. Хотя эти положения и не оказывают влияния на процесс определения статуса беженцев, власти, на которые возложена эта задача, должны быть осведомлены о них, чтобы принимаемые ими решения имели долговременный характер для конкретного человека или семьи.

3. Другие положения связаны с имплементацией документов с административной и дипломатической точек зрения. Статья 35 Конвенции 1951 года и статья II Протокола 1967 г. содержат обязательство Договаривающихся государств сотрудничать с УВКБ ООН ООН в выполнении им своих функций и в частности, способствовать ему в наблюдении за применением положений этих документов.

В Конвенции излагаются основные минимальные нормы обращения с беженцами, без ограничения права государств предоставлять более благоприятные условия. Конвенция должна применяться без дискриминации по признаку расы, религии и страны происхождения, кроме того, она содержит различные гарантии против высылки беженцев. Конвенцией также предусматривается выдача беженцам документов, в том числе и проездного документа в форме паспорта. Большинство государств — участников Конвенции выдают такой документ с обложкой того же голубого цвета, как и цвет флага Организации Объединенных Наций. В настоящее время этот паспорт получил такое же широкое признание, каким ранее пользовался нансеновский паспорт. Выдаваемые беженцам проездные документы могут использоваться для передвижения за пределами территории государств — участников.

Некоторые положения Конвенции считаются настолько важными, что в отношении их нельзя делать никаких оговорок. К таким положениям относятся определение понятия «беженец» и так называемый принцип невысылки, означающий, что ни одно договаривающееся государство никоим образом не может выслать или возвратить беженца против его воли на территорию, где последний опасается преследования. Исключение могут составить соображения государственной безопасности или общественного порядка. Высылка беженцев может производиться только во исполнение решений, вынесенных в судебном порядке.

Действие Конвенции не распространяется на таких беженцев, которыми непосредственно занимаются учреждения Организации Объединенных Наций, не подведомственные УВКБ ООН, как, например, беженцы Палестины, подпадающие под компетенцию ЮНРРА, и беженцы, которые являются гражданами страны, предоставившей им убежище, имеют эквивалентный статус.

Государства — участники Конвенции обязаны применять ее положения к беженцам, без какой бы то ни было дискриминации по признаку их расы, религии или страны их происхождения. Государства — участники предоставляют беженцам правовой режим иностранцев, за исключением случаев, предусмотренных самой Конвенцией о предоставлении беженцам более благоприятного по сравнению с иностранцами правового положения.

Например, в отношении приобретения движимого или недвижимого имущества и прочих, связанных с ним прав государства — участники обязались предоставлять беженцам возможно более благоприятное положение и, во всяком случае, не менее благоприятное, чем-то, каким при тех же обстоятельствах обычно пользуются иностранцы.

Что касается промышленных прав, то согласно Конвенции защита прав на изобретения, чертежи и модели, торговые марки, название фирмы, защита прав на литературные, художественные и научные произведения предоставляется беженцам такая же, что и гражданам страны, где беженцы имеют обычное местожительство.

В отношении начального образования, государства-участники предоставляют беженцам такое же правовое положение, что и своим гражданам. Каждое договаривающееся государство обязано предоставлять беженцам, законно пребывающим на его территории, право выбора места их проживания и свободного передвижения в пределах его территории при условии соблюдения всех правил, обычно применяемых к иностранцам при тех же обстоятельствах.

Государства — участники также взяли обязательство по возможности облегчать натурализацию беженцев, в частности, делать все от них зависящее для ускорения делопроизводства по натурализации и возможного уменьшения связанных с ним сборов и расходов. Беженцы не облагаются никакими пошлинами, сборами или налогами, кроме тех или выше тех, которые при аналогичных условиях взимаются с собственных граждан.

Принцип невысылки запрещает принудительно возвращать беженца против его или ее воли в страну, где его или ее жизни или свободе угрожает опасность. Так, в Конвенции 1951 г., принцип невысылки определяется следующим образом:

«1. Договаривающиеся государства не будут никоим образом высылать или возвращать беженцев на границу страны, где их жизни или свободе угрожает опасность вследствие их расы, религии, гражданства, принадлежности к определенной социальной группе или политических убеждений.

2. Это постановление, однако, не может применяться к беженцам, рассматриваемым в силу уважительных причин как угроза безопасности страны, в которой они находятся, или к осужденным (вступившим в силу приговором) за совершение особо тяжкого преступления и представляющим общественную угрозу для страны».

Принцип невысылки является основополагающим принципом прав человека, отражающим обязательство международного сообщества защищать основные права человека, включая право на жизнь, защиту от пыток или жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, а также на личную свободу и безопасность.

Например, этот принцип нашел отражение в Конвенции по запрещению пыток и других жестоких бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Эта конвенция, признает, что принцип невысылки в некоторых случаях может иметь существенно важное значение для защиты человека от пыток. В Конвенции говорится, что ни одно государство-участник «не должно высылать, возвращать («refouler») или выдавать какое-либо лицо другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что ему может угрожать там применение пыток».

Таким образом, правовое регулирование положения беженцев, по Конвенции 1951 г. о статусе беженцев, охватывает несколько аспектов:

1) определение понятия «беженец» и закрепление принципов их невысылки и невыдачи;

2) предоставление беженцам по ряду вопросов правового режима иностранцев (например, он предоставляется беженцам в отношении гражданских, гражданско-процессуальных, уголовно-процессуальных, трудовых прав);

3) предоставление беженцам по определенным вопросам национального режима (так, беженцы, как и граждане данного государства, уравнены в праве обращения в суд, в получении начального образования, правительственной помощи, в вопросах налогообложения, защиты интеллектуальной собственности).

Следует иметь в виду, что к беженцам относятся не только лица, имеющие гражданство определенного государства, но и лица, не имеющие гражданства. Сохранение или утрата лицом своего гражданства в момент признания его беженцем не влияет на его правовой статус беженца. Как это вытекает из ст. 1 Конвенции, для государства, принимающего беженцев на своей территории, не должно быть различий между беженцами, сохранившими гражданство или его потерявшими.

Вместе с тем необходимо отметить, что за последние годы миллионы так называемых экономических и других категорий мигрантов пытаются воспользоваться этим статусом в поисках лучшей жизни. В этой связи правительства стран столкнулись с крайне сложной проблемой необходимостью выделения из общих миграционных потоков подлинных беженцев путем специально разработанной процедуры предоставления убежища.

Первоначально Конвенция была принята для решения вопросов, возникших после Второй мировой войны в Европе в обстановке возрастающей политической напряженности между Востоком и Западом. Однако учитывая, что преследования отдельных лиц и групп лиц по прежнему продолжается можно сделать вывод, что Конвенция будет продолжать играть важную роль и в новом, третьем тысячелетии.

Право убежища (признания беженцем) является институтом миграционного законодательства государства. Каждое государство провозглашает это право в таком объеме, который соответствует сущности данного государства и его экономическим возможностям, поскольку предоставление убежища связано с дополнительными расходами значительных бюджетных средств.

Основной причиной увеличения количества незаконных иммигрантов и, соответственно, ходатайств о признании беженцем, является их желание переселиться в экономически развитые государства Западной Европы и Северной Америки. Не исключение составляет и Российская Федерация. «Часть мигрантов, которые въехали в Россию с целью проникновения в западные страны, не работает и содержится мафиозными структурами, специализирующимися на нелегальной переправке людей за рубеж. При этом до 80 процентов мигрантов из стран дальнего зарубежья прибывают в государства-участники СНГ, в том числе в Россию, из азиатских стран (Афганистан, Иран, Пакистан, Индия, Шри-Ланка и др.), 17% — из африканских государств и государств Ближнего и Среднего Востока и 3 % — из остальных регионов. Две трети этих граждан следуют в Российскую Федерацию транзитом, через территории республик Центральной Азии, Среднего и Ближнего Востока предпочитают путь через территорию Украины, Беларуси, Азербайджана и Казахстана. До 50% мигрантов из стран Юго-Восточной Азии въезжают в Россию через Узбекистан, Казахстан и Украину. Совет Европы Дальневосточного направления в Россию и транзитом через ее территорию в другие страны-участницы СНГ прибывают граждане Китая, Вьетнама, Северной Кореи». При этом политическое преследование этих лиц на родине играет все меньшую роль. Право искать убежище во многих случаях стало превращаться в лазейку, через которую в эти страны хлынул поток неконтролируемой иммиграции. Германия, например, для того чтобы ограничить приток иммигрантов в 1993 г. была вынуждена даже внести специальное изменение в Конституцию и на ее основе принять новое законодательство об убежище. Как показывает практика, в государствах Западной Европы беженцами признаются не более 2-5 % от лиц, подавших ходатайства.

В международном праве существуют понятия беженцы по конвенции и беженцы по мандату.

Беженцы по конвенции — это лица, которых признали беженцами уполномоченные органы государств, присоединившихся к Конвенции ООН 1951 г. и/или Протоколу 1967 г. Соответственно, они вправе претендовать на права и льготы, которые эти государства согласились предоставлять беженцам.

Признание беженцем является прерогативой государства. Однако УВКБ ООН также уполномочено определять статус беженцев. В некоторых случаях государства могут попросить об этом УВКБ ООН, если государство еще не ввело соответствующие процедуры. При других обстоятельствах УВКБ ООН занимается определением статуса беженцев в странах, не являющихся участниками международных документов о беженцах.

При необходимости УВКБ ООН может принять решение определить статус отдельных лиц и при других обстоятельствах, в частности в государствах, подписавших Конвенцию ООН 1951 г. и/или Протокол 1967 г. Однако в этом случае необходимо согласовать с властями страны возможность их проживания, либо подобрать другую страну, власти которой согласны принять для проживания беженцев по мандату.

Беженцы по мандату — то есть беженцы, относящиеся к компетенции УВКБ ООН, — это лица, которых Управление Верховного Комиссара ООН по делам беженцев считает беженцами согласно определению, содержащемуся в его Уставе и в Конвенции ООН 1951 г., либо на основании более широкого мандата, врученного ему позднее резолюциями Генеральной Ассамблеи и Экономического Социального Совета (ЭКОСОС).

Страна обязана обращаться с «беженцами по мандату» в соответствии с международными обязательствами так же в случаях, когда УВКБ ООН определило статус беженцев вместо государства. Роль УВКБ ООН — добиваться от государств неукоснительного соблюдения международных норм в отношении этой категории лиц.

Осознавая важность соблюдения основных положений названных документов, Генеральная Ассамблея ООН, а также различные региональные организации, как например Совет Европы, Организация африканского единства, Организация американских государств неоднократно рекомендовали государствам присоединиться к этим актам.

В современный период Конвенция 1951 г. и Протокол к ней 1967 г. являются основными международными документами, направленными на защиту беженцев, а основополагающий характер этих актов получил широкое признание на международном, региональном и национальном уровнях.

Например, принцип «невысылки» «non-refoulement» практическое закрепление получил не только в Конвенции ООН 1951 г. о статусе беженцев и Протоколе к ней 1967 г., а также в Конвенции Организации Объединенных Наций против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания 1984 г. В соответствии со статьей 3 данной Конвенции «ни одно государство не должно высылать, возвращать (refouler) или выдавать какое-либо лицо другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что ему может угрожать там применение пыток».

Принцип «non-refoulement» закреплен и в региональных международных документах. Так, например, в соответствии с Конвенцией ОАЕ по конкретным аспектам проблем беженцев в Африке 1969 г. «ни одно лицо не должно подвергаться каким-либо государством — членом таким мерам, как отказ в приеме на границе, возвращение или высылка, которые вынудили бы его вернуться на территорию, где его жизнь, личная неприкосновенность или свобода могут оказаться под угрозой». Указанный принцип закреплен также в Женевской Конвенции о защите гражданского населения во время войны 1949 года, Американской Конвенции о правах человека 1969 г., Африканской Хартии прав человека и народов 1981 г. и в ряде других документов.

Однако следует иметь в виду, что из данного принципа существуют изъятия, а также имеется круг лиц, на которые принцип «non-ref oulement» не распространяется. В этой связи Гай С. Гудвин-Гилл отмечает, что «содержащееся в Конвенции определение понятия «беженец» не является абсолютной гарантией защиты, а также принцип поп-refoulement не является абсолютным. Например, соображения «государственной безопасности» и «публичного порядка» давно были признаны обоснованием изъятия из данного принципа».

Из региональных документов, регулирующих правовой статус беженца, необходимо выделить два, наиболее, на наш взгляд, значимых и важных: Конвенция Организации Африканского Единства о регулировании конкретных аспектов проблем беженцев в Африке 1969 г.; Картахенская декларация о помощи беженцам 1984 г. Эти региональные документа расширили понятие «беженец» по сравнению с Конвенцией ООН 1951 г. о статусе беженцев.

Нормы международного права в отношении беженцев и лиц, ищущих убежища нашли применение в национальном законодательстве многих зарубежных стран. Так, наряду с нормами конституций о праве на убежище в них действуют специальные акты о правовом статусе беженцев и перемещенных лиц. Регулирование вопросов убежища входит составной частью в миграционное законодательство или законодательство о правовом режиме иностранцев. В числе таких актов можно назвать Закон США о беженцах 1980 г., Закон Великобритании об иммиграции 1971 г., Законы ФРГ о перемещенных лицах и беженцах в редакции от 23 октября 1991 г., о порядке предоставления убежища от 16 июля 1982 г. в редакции от 9 апреля 1991 г., о регулировании процедуры предоставления гражданства переселенцам от 26 июля 1990 г.; Постановление Федерального совета Швейцарской Конфедерации от 22 июня 1990 г. «О процедуре предоставления убежища»; изменения от 1 октября 1990 г. к ордонансу Федерального совета Швейцарской Конфедерации от 25 ноября 1987 г. о предоставлении убежища иностранным гражданам и изменения от 24 октября 1990 г. к ордонансу Федерального совета Швейцарской Конфедерации от 6 октября 1986 г. об ограничении выдачи вида на жительство иностранным гражданам и др.

Регламентация правового статуса беженцев и перемещенных лиц, режима их передвижения, расходов на переселение осуществляется в зарубежных странах многочисленными подзаконными актами, а в рамках Европейского экономического сообщества начинают также издаваться миграционные акты общего характера.

К числу первых можно отнести Постановление Правительства Франции от 30 января 1969 г. «О размещении беженцев и лиц, потерпевших от стихийных бедствий или перемещенных по распоряжению государственных властей»; Постановление Совета Министров Венгрии от 28 сентября 1989 г. «О признании беженцем» с изменениями от 18 января 1991 г. Примером второго вида актов служит Директива Комитета Министров ЕС от 28 июня 1990 г. о виде на жительство.

Аналогичное законодательство разработано и принято в некоторых странах СНГ. 29 сентября 1992 г. был принят Закон Азербайджанской Республики «О статусе беженцев и вынужденных переселенцев»; 19 декабря 1990 г. в Республике Молдова был принят Закон «О миграции», вступивший в силу 1 января 1991 г.; с 1994 года в Республике Таджикистан действуют два Закона: «О беженцах» и «О вынужденных мигрантах»; в 1993 г. был принят Закон Украины «О беженцах», в 1995 г. были приняты законы о беженцах в Республике Беларусь и в Литовской Республике. Анализ законодательства государств — участников СНГ по этим проблемам сделан в работе А.В. Топилина и других авторов.

Таким образом, подводя итог анализа основных международно-правовых документов в области защиты беженцев, можно сделать следующим выводы:

1. Понятие «беженец», закрепленное в универсальных международно-правовых документах, требует модернизации применительно к современным международным условиям. Полагаем, что за основу целесообразно взять региональный (расширительный) подход к определению этого понятия, а также практику некоторых европейских государств, которые также более четко и широко трактуют понятие «беженец» (например, Швейцария, США).

2. В универсальных международно-правовых документах необходима более четкая формулировка и трактовка положений, регулирующих статус лиц, на которых эти документы не распространяются и которые изъяты из их сферы действия. Это целесообразно сделать, чтобы не было разногласий при решении вопроса о предоставлении или не предоставлении лицу статуса беженца.

3. Роль главной организации по защите прав беженцев в мире — Управления Верховного Комиссара ООН по делам беженцев все более возрастает. Практика показывает, что организация в своей работе выходит за рамки полномочий и предоставляет помощь помимо беженцев лицам, которые не подпадают под мандат УВКБ ООН (перемещенные лица, вынужденные переселенцы). В этой связи полагаем целесообразным рассмотреть эту проблему и принять соответствующий документ, регулирующий положения этих лиц. Возможно также обсуждение данной проблемы на Генеральной Ассамблее ООН и принятие соответствующей резолюции, наделяющей УВКБ ООН самостоятельными полномочиями в этой области.

 1.4. Современные стандарты определения статуса беженца и предоставления убежища в мировой практике

Право на убежище — одно из основных прав человека. Статья 14 Всеобщей декларации прав человека четко формулирует точку зрения международного сообщества: «Каждый человек имеет право искать убежище от преследований и использовать его». Юридические и процессуальные стандарты обращения с лицами, ищущими убежище, определяются не только уважением к достоинству личности, это, и обязательства, взятые на себя правительствами, присоединившимися к Конвенции 1951 г., Протоколу к ней 1967 г. и прочим международным документам, касающимся статуса беженцев и прав человека: Международный пакт о гражданских и политических правах, Конвенция против пыток, Пакт о правах ребенка и для тех стран СНГ, которые являются членами Совета Европы, Европейская конвенция о правах человека.

Итак, каково назначение процедуры определения статуса беженца или предоставления убежища? Эта процедура должна быть инструмен-том, с помощью которого государство сможет удостовериться в том, что оно не нарушает свои международные обязательства, перечислен-ные в Конвенции 1951 г. и других международных документах, регла-ментирующих защиту прав человека. Иными словами, эта процедура должна помогать государству выполнять его правовые обязательства. Ее цель ясна: определить, нуждается человек в защите от преследований или нет.

Цель процедуры предоставления убежища — защита беженца, помощь государствам в выполнении их задач в данной сфере. Процедура, основанная на недоверии, устрашении или методах, ориентированных на отказ в предоставлении убежища, заставляет государство нарушить международный акт, а лицо, обратившееся за защитой, — попасть в положение, при котором его права будут нарушены. Неправильное или ошибочное решение может поставить под угрозу жизнь и свободу заявителя. Таким образом, установление того факта, что заявитель нуждается в защите, — главная задача процедуры, а потому в нее изначально должны быть заложены определенные гарантии.

Задача эта непростая. Лица, обратившиеся за защитой, не являются гражданами страны приема, очень часто у них отсутствуют удостоверяющие их личность документы, они, как правило, не говорят на языке государства-реципиента и принадлежат к другой культуре. Весьма вероятно, что им пришлось перенести пытки, они могут оказаться травмированными, дезориентированными, бояться властей и опасаться за свою жизнь. События, о которых рассказывается в их заявлениях, происходили в чужой стране, проверить их бывает очень трудно. Тем не менее, существуют международные стандарты, которые создают адекватные рамки для идентификации беженцев.

В Конвенции ООН 1951 г. о статусе беженцев не дается конкретных указаний, какие именно процедуры следует применять государству при определении статуса беженца. Каждое государство создает подходящую для себя процедуру. Тем не менее, в ст. ст. 189 -194 Руководства по процедуре и критериям определения статуса беженца, изданного УВКБ ООН, сказано, что для опроса заявителя должны быть созданы специальные процедуры, и перечислены требования, которым они должны отвечать. В дальнейшем такие процедуры подтверждались различными решениями Исполнительного комитета УВКБ ООН. Кроме того, для стран СНГ — членов Совета Европы имеется Рекомендация № R(94)5, касающаяся появления лиц, ищущих защиты, в европейских аэропортах, и Рекомендация № R(98)15 по обучению тех официальных лиц, которые первыми вступают в контакт с беженцами, в частности на границе.

Чтобы процедура предоставления защиты не была чрезмерно сложной или изощренной, в нее изначально включены некоторые существенные правовые и процессуальные гарантии.

Каждое государство должно законодательно принять и внедрить процедуры справедливого и эффективного рассмотрения заявлений от всех лиц, обращающихся за защитой, включая меры, обеспечивающие доступ к процедуре, и обозначить компетентных представителей власти, ответственных за осуществление этих процедур.

Как правило, процедуры определения статуса включают ряд этапов:

первый этап — обращение с ходатайством о предоставлении убежища лицом или лицами, которые ищут убежище.

В большинстве государств, заявления принимаются к регистрации и оформляются как юридическое дело, и поэтому такое дело может охватывать несколько отдельных лиц: основного ходатая и членов его или ее семьи. Заявления могут подаваться иностранцами еще до их въезда в страну или иностранцами с различным статусом, которые уже проживают в данной стране. В некоторых странах заявления от определенных иностранцев могут не приниматься, то есть иностранцам может не разрешаться подавать заявления о предоставлении им убежища, если они не будут соответствовать определенным критериям.

Например, в европейских странах иностранцы не подходят для подачи заявления о предоставлении им убежища, если его или ее страна гражданства рассматривается как «безопасная», если данный человек проехал через другие страны, где можно было обратиться с ходатайством о предоставлении ему убежища, или если данный человек уже подал заявление о предоставлении убежища в другой европейской стране, подписавшей Дублинскую Конвенцию;

второй этап — рассмотрение ходатайства в компетентных органах. Представленное заявление может быть рассмотрено в пределах определенных временных границ. Если оно будет найдено неприемлемым по правовым или административным причинам, оно может быть отклонено на этом этапе;

третий этап — принятие решения.

Если решение будет отрицательным, оно обычно может быть обжаловано, за чем последует судебный пересмотр дела. Второе отрицательное решение обычно подразумевает, что данное лицо в поисках убежища не признается в качестве беженца и должно покинуть страну. Однако, в ряде стран лицам, которым формально не предоставлен статус беженца, тем не менее, разрешается остаться в стране по решению о депортации, которое не приводится в исполнение, поскольку их жизни могут подвергнуться опасности, если они возвратятся в страну их происхождения.

В Руководстве УВКБ ООН по процедуре и критериям для определения статуса беженца сказано, что «лицо является беженцем по смыслу Конвенции 1951 г., когда оно отвечает (de facto) критериям, содержащимся в определении. Это неизбежно происходит до того момента, когда статус беженца определен официально. Следовательно, признание статуса беженца не делает его беженцем, а просто объявляет его таковым». Равным образом власти, лишая человека доступа к процедуре или отказываясь принимать решение по его заявлению, не меняют того факта, что лицо, отвечающее критериям определения, является беженцем, а следовательно, государство имеет перед ним международные правовые обязательства.

Таким образом, существенная гарантия состоит в обеспечении доступа к процедуре. Доступ к процедуре определения статуса является критическим для концепции обеспечения защиты и уважения к фундаментальному принципу невысылки. Качество первого контакта между лицом, ищущим убежище, и официальным представителем государства — весьма важный фактор. Неправильное решение, принятое на границе, или неудача при попытке передать заявление о предоставлении убежища компетентному представителю власти могут иметь серьезные последствия для заявителя, и потому столь существенна полная осведомленность о требованиях международного права для тех представителей власти, которые первыми вступают в контакт с лицами, ищущими убежище.

Любые попытки ограничить доступ к процедуре (ограничение срока подачи заявления, требование оформить заявление в специальных терминах, требование документов, удостоверяющих личность, или проездных документов могут привести к тому, что вопреки Конвенции ООН 1951 г. о статусе беженцев заявитель будет возвращен в страну происхождения. Отсюда следует, что все лица, обратившиеся с ходатайством о предоставлении убежища, должны быть незамедлительно допущены к процедуре рассмотрения заявления о предоставлении убежища вне зависимости от того, где такое заявление об убежище было сделано: на границе, на территории или в территориальных водах.

К заявителю не должно быть предубежденное отношение, а также он не может подвергаться наказанию за то, что обращается с ходатайством об убежище на границе, а не на территории принимающей страны, или наоборот. Более того, его нельзя исключать из процедуры из-за невыполнения им каких-то формальных правил и требовать от него заявления, составленного по установленной форме, равно как и назначать срок, в течение которого такое заявление должно быть подано.

У заявителя может не быть документов, удостоверяющих личность, или проездных документов. Ни при каких обстоятельствах лиц, обратившихся с ходатайством о защите, нельзя направлять в консульство страны происхождения за получением таких документов, ибо консульство — это и есть те власти, чьих преследований опасаются лица, ищущие убежища.

Компетентный представитель власти должен незамедлительно проинформировать всех заявителей о процедуре предоставления убежища, включая разъяснение их прав и обязанностей и способов осуществления этих процедур (ст. 192 II Руководства УВКБ ООН). Заявителям необходима информация на протяжении всей процедуры. Минимальное требование в этом плане таково: информирование на языке принимающего государства в письменном виде и обязательно на языке, который заявитель хорошо понимает, — в устной форме. Кроме того, всем заявителям предоставляется возможность вступить в контакт с представителем УВКБ ООН и (или) представителем какой-нибудь другой неправительственной организации.

Любой человек, обратившийся с ходатайством об убежище, имеет право на квалифицированную и независимую юридическую помощь и представительство своих интересов, после того как он появился на территории принимающей страны. При этом решается вопрос, может ли такая юридическая помощь быть бесплатной. Юридическая помощь предоставляется на время процесса определения статуса еще перед первым интервью, включая подачу любой апелляции. Страны Европейского Союза подтверждают эти основные гарантии.

Лицо, ходатайствующее о предоставлении убежища, должно быть информировано o процедуре, которая должна последовать вслед за подачей ходатайства, и о его правах и обязанностях в течение этой процедуры на языке, который данное лицо может понять. В частности, государство должно обеспечить ходатайствующему услуги переводчика, он должен иметь возможность вступить в контакт с юристом и УВКБ ООН на протяжении всей процедуры. И, кроме того, ходатайствующий может вступать в контакт с другими неправительственными организациями помощи беженцам.

Сбор и оценка доказательств, используемых в рамках процедуры определения статуса, должны быть построены таким образом, чтобы облегчить сбор доказательств, и, прежде всего подачу заявления лица, ищущего убежище. Один из основных принципов правовой культуры состоит в том, что заявитель должен иметь право изложить свое ходатайство полностью. Это особенно важно в тех случаях, когда на карту поставлены такие основные ценности, как жизнь и свобода человека. Любое отрицание или ущемление этого права представителем власти снижает его возможности принимать и исполнять свои решения должным образом и справедливо. Опрос, проведенный в атмосфере взаимного сотрудничества, а не вражды, способствует справедливому определению статуса и лучшему использованию ресурсов национального законодательства. Каждый заявитель должен быть непредвзято и полно проинтервьюирован компетентным представителем власти.

В случаях, когда власти сочтут возможным дать человеку статус беженца на основании — представленных им документов, они могут отказаться от предварительного интервью. Думается, что в рамках нормальной процедуры предоставления убежища ускоренное решение должно быть принято, когда заявитель явно соответствует Критериям, необходимым для получения статуса беженца, как то предусматривают Конвенция ООН 1951 г. о статусе беженцев и Протокол к ней 1967 г.

Каждый заявитель имеет право на ясную и четкую информацию о цели и значении интервью. Более того, лицо, проводящее интервью, обязано предварительно сообщить ему о его правах и обязанностях. Заявитель должен получить гарантию, что информация, сообщенная им во время процедуры определения статуса, будет использована только с этой целью и не передана властям страны его происхождения.

Справедливая процедура отвечает определенным требованиям: ее должен проводить хорошо информированный и квалифицированный ответственный представитель власти, принимающий решения и спо-собный провести интервью таким образом, чтобы проверить достовер-ность сообщаемых ему фактов.

Один из наиболее важных элементов интервью — атмосфера доверия, которая облегчает общение и помогает опрашиваемому говорить правду. Проверка достоверности фактов возлагается на опрашиваемого и интервьюера. Опрашивающий должен помогать ходатайствующему, доказать основательность его претензий на получение статуса, обращая его внимание на необходимость предоставить все возможные свидетельства. Одновременно интервьюер должен сам добывать всю возможную информацию в поддержку заявителя из разных источников как официальных, так и неправительственных.

Таким образом, заявитель должен получить независимую и компетентную правовую помощь, а представители УВКБ ООН и неправительственные организации с согласия ходатайствующего — доступ к интервью. Адвокату или представителям заявителя необходимо иметь возможность принимать участие в интервью, чтобы прояснить суть дела, а также знакомиться с письменными материалами дела и вносить соответствующие предложения.

Во всех случаях, когда заявитель не владеет языком принимающей страны настолько, чтобы его понимали представители государства и помогающий ему юрист, он должен иметь возможность прибегать к помощи переводчика, оплачиваемого из общественных фондов.

Возможность получить квалифицированного, независимого и незаинтересованного переводчика — весьма существенный фактор. Чаще всего заявитель не знает и не понимает языка страны, в которой ищет убежище. Разница культур может создавать дополнительные трудности в общении. Оплата хорошего переводчика — вопрос не только справедливости процедуры, но и способ адекватно оценить ситуацию с самого начала и принять правильное решение.

Справедливая и эффективная процедура идентификации требует, чтобы в ней участвовали хорошо обученные, непредвзято настроенные компетентные лица, которые имеют доступ к надежной и объективной информации.

Все официальные лица, которым приходится иметь дело с теми, кто ищет убежище, включая сотрудников пограничного контроля, иммиграционного ведомства и прочих служб, должны пройти специальное обучение, чтобы понимать, когда они имеют дело с ходатайством о предоставлении убежища, и отправить заявителя к компетентному лицу.

Кроме этого лицам, обладающим властью принимать решения, следует проходить начальный, непрерывно возобновляющийся тренинг в области реализации прав беженцев и связанных с ними международных актов и обладать полной информацией о том, что происходит в данной сфере. Особое внимание надо уделять проблеме уважения к принципу невысылки и информации о ситуации в стране происхождения заявителя и о ее культурных особенностях. При обучении должны затрагиваться и другие важные вопросы: пол, пытки, посттравматический синдром и положение детей.

Обучение также должно знакомить слушателя с разными методиками интервьюирования и работы с переводчиками. Для того чтобы провести интервью с максимальной пользой, к людям надо подходить тактично, учитывать социальные и культурные различия, пол и возможную реакцию на перенесенную травму. Все это повышает эффективность опроса.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Вынужденным переселенцам очень непросто получить законный статус

а) Реализация прав вынужденных переселенцев препятствия в продлении срока действия статуса вынужденного переселенца, установлен жилой вагон, кто его установил и по какому праву ему неизвестно. подвергнуты такому виду наказания как принудительные работы, и создание.

Закон о вынужденных переселенцах

Принят Государственной Думой 23 декабря 2015 года

Одобрен Советом Федерации 25 декабря 2015 года

Статья 1

Внести в Закон Российской Федерации от 19 февраля 1993 года N 4530-I "О вынужденных переселенцах" (в редакции Федерального закона от 20 декабря 1995 года N 202-ФЗ) (Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации, 1993, N 12, ст. 427; Собрание законодательства Российской Федерации, 1995, N 52, ст. 5110; 2000, N 33, ст. 3348; 2004, N 35, ст. 3607; 2006, N 31, ст. 3420; 2008, N 30, ст. 3616; 2010, N 42, ст. 5296; 2011, N 27, ст. 3880; 2013, N 27, ст. 3477; N 48, ст. 6165; 2015, N 48, ст. 6724) следующие изменения:

1) в статье 1:

а) наименование изложить в следующей редакции:

"Статья 1. Определение понятий "вынужденный переселенец" и "члены семьи вынужденного переселенца";

б) пункт 3 изложить в следующей редакции:

"3. Члены семьи вынужденного переселенца — проживающие с вынужденным переселенцем независимо от наличия у них статуса вынужденного переселенца его супруга (супруг), дети и родители, а также другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, ведущие с ним общее хозяйство с даты регистрации ходатайства о признании гражданина Российской Федерации вынужденным переселенцем. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи вынужденного переселенца в судебном порядке.";

в) пункт 4 признать утратившим силу;

2) в подпункте 2 пункта 1 статьи 2 слова "либо в течение одного месяца со дня утраты статуса беженца в связи с приобретением гражданства Российской Федерации" исключить;

3) в статье 3:

а) в пункте 1 слова "или через уполномоченного представителя" заменить словами ", через уполномоченного в установленном законодательством Российской Федерации порядке представителя или с использованием федеральной государственной информационной системы "Единый портал государственных и муниципальных услуг (функций)" (далее — единый портал)";

б) дополнить пунктами 11 и 12 следующего содержания:

"11. В случае, если ходатайство подается в форме электронного документа с использованием единого портала, оно должно быть подписано простой электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об организации предоставления государственных и муниципальных услуг (далее — электронный документ, подписанный простой электронной подписью). К ходатайству прилагаются следующие документы:

1) документ, удостоверяющий личность гражданина Российской Федерации;

2) свидетельство о рождении — для лиц, не достигших возраста четырнадцати лет;

3) свидетельство о заключении брака — для лиц, состоящих в браке;

4) две фотографии заявителя и две фотографии каждого из достигших возраста восемнадцати лет членов семьи, указанных в ходатайстве;

5) документы, подтверждающие родственные отношения;

6) документ, подтверждающий полномочия представителя (в случае обращения через уполномоченного представителя).

12. Лицо, указанное в пункте 1 настоящей статьи, может обратиться с ходатайством в многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг (далее — многофункциональный центр).

В случае подачи ходатайства с использованием единого портала информирование заявителя о ходе рассмотрения ходатайства осуществляется с использованием единого портала.";

в) пункт 2 дополнить абзацем следующего содержания:

"Ходатайство может быть подано в многофункциональный центр, а также с использованием единого портала в форме электронного документа, подписанного простой электронной подписью.";

г) абзац второй пункта 3 изложить в следующей редакции:

"При экстренном массовом прибытии на территорию Российской Федерации либо с территории одного субъекта Российской Федерации на территорию другого субъекта Российской Федерации лиц, которые покинули место жительства по обстоятельствам, предусмотренным пунктом 1 статьи 1 настоящего Закона, прием таких лиц осуществляется в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации. Регистрация ходатайств таких лиц осуществляется незамедлительно.";

д) в пункте 4:

абзац первый изложить в следующей редакции:

"4. При положительном решении вопроса о регистрации ходатайства каждому лицу, претендующему на признание вынужденным переселенцем, выдаются или направляются уведомление о регистрации ходатайства и свидетельство о регистрации ходатайства. Свидетельство не может быть выдано в форме электронного документа.";

в абзаце третьем слова "уполномоченным федеральным органом исполнительной власти" заменить словами "федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции";

е) пункт 5 дополнить абзацем следующего содержания:

"Уведомление о регистрации ходатайства либо уведомление об отказе в регистрации ходатайства предоставляется лицу территориальным органом федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, через многофункциональный центр в письменной форме либо с использованием единого портала в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью. При этом лицо вправе обратиться в территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, либо многофункциональный центр с просьбой о получении указанного уведомления в письменной форме. Такое уведомление выдается лицу в день обращения.";

ж) пункт 6 признать утратившим силу;

4) в статье 4:

а) в пункте 1:

подпункт 2 после слова "получение" дополнить словами "в письменной форме или в форме электронного документа";

подпункт 3 изложить в следующей редакции:

"3) содействие в обеспечении их проезда и провоза багажа к месту временного поселения в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации. При этом малоимущие лица (семья, одиноко проживающий гражданин), получившие свидетельства о регистрации ходатайства, имеют право на компенсацию расходов на проезд и провоз багажа от места регистрации ходатайства к месту временного поселения на территории Российской Федерации в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации. Отнесение лиц, получивших свидетельства о регистрации ходатайства, к категории малоимущих осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 24 октября 1997 года N 134-ФЗ "О прожиточном минимуме в Российской Федерации";";

б) подпункт 3 пункта 2 изложить в следующей редакции:

"3) сообщать в территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, в письменной форме или в электронной форме с использованием единого портала достоверные сведения, необходимые для принятия решения о предоставлении им статуса вынужденного переселенца.";

5) в статье 5:

а) абзац второй пункта 2 изложить в следующей редакции:

"Территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, в течение пяти дней со дня принятия решения выдает или направляет уведомление о результатах рассмотрения ходатайства в письменной форме или в форме электронного документа с использованием единого портала.";

б) пункты 3 и 4 изложить в следующей редакции:

"3. Лицу, признанному вынужденным переселенцем, выдается соответствующее удостоверение. Сведения о признанных вынужденными переселенцами членах семьи, не достигших возраста восемнадцати лет, заносятся в удостоверение одного из родителей. Удостоверение не может быть выдано в форме электронного документа.

Форма удостоверения вынужденного переселенца и порядок его выдачи определяются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции.

Сведения о лице, получившем свидетельство о регистрации ходатайства, и членах его семьи, сведения о лице, признанном вынужденным переселенцем, и членах его семьи предоставляются в письменной форме либо в электронной форме посредством единой системы межведомственного электронного взаимодействия федеральными органами исполнительной власти и их территориальными органами, а также органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления по межведомственному запросу территориального органа федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, в связи с предоставлением этим территориальным органом государственных услуг.

Сведения о лице, признанном вынужденным переселенцем, и членах его семьи предоставляются в письменной форме либо в электронной форме посредством единой системы межведомственного электронного взаимодействия территориальным органом федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, по межведомственным запросам органов, предоставляющих государственные услуги, органов, предоставляющих муниципальные услуги, подведомственных государственным органам или органам местного самоуправления организаций в связи с предоставлением государственных или муниципальных услуг лицу, признанному вынужденным переселенцем, и членам его семьи.

4. Статус вынужденного переселенца предоставляется на пять лет. Федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления в пределах своих полномочий принимают меры, предусмотренные статьей 7 настоящего Закона, по обеспечению обустройства вынужденного переселенца и членов его семьи на новом месте жительства на территории Российской Федерации.";

в) дополнить пунктами 5 — 7 следующего содержания:

"5. Срок действия статуса вынужденного переселенца продлевается территориальным органом федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, на каждый последующий год по заявлению вынужденного переселенца при наличии одновременно следующих оснований:

1) вынужденный переселенец и (или) члены семьи вынужденного переселенца, в том числе не имеющие статуса вынужденного переселенца, не являются нанимателями жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилого помещения на территории Российской Федерации;

2) неполучение вынужденным переселенцем и (или) членами семьи вынужденного переселенца, в том числе не имеющими статуса вынужденного переселенца, денежной компенсации за утраченное жилье;

3) неполучение вынужденным переселенцем и (или) членами семьи вынужденного переселенца, имеющими статус вынужденного переселенца, долговременной беспроцентной возвратной ссуды на строительство (приобретение) жилья до 1 января 2003 года;

4) неполучение вынужденным переселенцем и (или) членами семьи вынужденного переселенца, имеющими статус вынужденного переселенца, безвозмездной субсидии на строительство (приобретение) жилья до 16 октября 2010 года;

5) неполучение вынужденным переселенцем и членами семьи вынужденного переселенца, в том числе не имеющими статуса вынужденного переселенца, социальной выплаты на приобретение (строительство, восстановление) жилого помещения;

6) неполучение вынужденным переселенцем и членами семьи вынужденного переселенца, в том числе не имеющими статуса вынужденного переселенца, в установленном законодательством Российской Федерации порядке от органа государственной власти или органа местного самоуправления бюджетных средств на строительство (приобретение) жилого помещения;

7) непредоставление вынужденному переселенцу и (или) членам семьи вынужденного переселенца, в том числе не имеющим статуса вынужденного переселенца, в установленном порядке от органа государственной власти или органа местного самоуправления земельного участка для строительства жилого дома.

6. Вынужденный переселенец для продления срока действия статуса вынужденного переселенца предоставляет в территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, следующие документы:

1) заявление о продлении срока действия статуса вынужденного переселенца;

2) заявление члена семьи, не имеющего статуса вынужденного переселенца, о согласии на обработку персональных данных;

3) документ, удостоверяющий личность гражданина Российской Федерации;

4) удостоверение вынужденного переселенца.

7. Заявление о продлении срока действия статуса вынужденного переселенца предоставляется в территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, в письменной форме или в форме электронного документа, подписанного простой электронной подписью.

Заявление о продлении срока действия статуса вынужденного переселенца может быть предоставлено в многофункциональный центр, а также с использованием единого портала в форме электронного документа, подписанного простой электронной подписью.";

6) в статье 6:

а) в пункте 1:

в подпункте 2 слова "из фонда жилья для временного поселения вынужденных переселенцев" заменить словами "фонда для временного поселения вынужденных переселенцев. Указанное направление выдается вынужденному переселенцу в письменной форме либо в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью, с использованием единого портала";

подпункт 3 изложить в следующей редакции:

"3) на получение содействия в обеспечении их проезда и провоза багажа к новому месту жительства или к месту пребывания в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации. При этом малоимущие лица (семья, одиноко проживающий гражданин) имеют право на компенсацию расходов на проезд и провоз багажа от места временного поселения к новому месту жительства или к месту пребывания на территории Российской Федерации в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации. Отнесение лиц, признанных вынужденными переселенцами, к категории малоимущих осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 24 октября 1997 года N 134-ФЗ "О прожиточном минимуме в Российской Федерации".";

б) в пункте 2:

в подпункте 2 слова "из фонда жилья" заменить словом "фонда";

подпункт 3 изложить в следующей редакции:

"3) при перемене места жительства в пределах территории Российской Федерации встать на учет в течение одного месяца в территориальном органе федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, по новому месту жительства. Снятие с учета вынужденного переселенца по прежнему месту жительства осуществляется после получения сведений о постановке его на учет в качестве вынужденного переселенца из территориального органа федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, по новому месту жительства;";

в подпункте 4 слово "ежегодный" исключить;

в) в пункте 3 слова "из фонда жилья" заменить словом "фонда";

7) в статье 7:

а) в пункте 1:

подпункты 2 и 3 изложить в следующей редакции:

"2) осуществляют постановку вынужденного переселенца на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении в соответствии с жилищным законодательством Российской Федерации независимо от срока проживания в соответствующей местности;

3) оказывают вынужденному переселенцу помощь при вступлении в жилищный, жилищно-строительный или иной специализированный потребительский кооператив, помощь в индивидуальном жилищном строительстве, включая предоставление (приобретение) земельного участка и приобретение строительных материалов в установленном порядке;";

подпункт 10 изложить в следующей редакции:

"10) рассматривают обращения вынужденных переселенцев, поступившие в письменной форме или в форме электронного документа, подписанного простой электронной подписью, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", включая единый портал, и дают на них ответы в установленном законодательством Российской Федерации порядке. Ответ на обращение, поступившее в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу в форме электронного документа, подписанного простой электронной подписью, направляется по адресу электронной почты, указанному в обращении, поступившем с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", включая единый портал, либо в письменной форме по почтовому адресу, указанному в обращении.";

б) в подпункте 4 пункта 2 слова "места в детских домах" заменить словами "места в организациях для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей";

в) пункт 3 изложить в следующей редакции:

"3. Территориальные органы федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции:

1) в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации, предоставляют вынужденному переселенцу и членам его семьи места в центрах временного размещения вынужденных переселенцев, жилое помещение фонда для временного поселения вынужденных переселенцев, а также участвуют в реализации мероприятий по обеспечению вынужденных переселенцев жилыми помещениями для постоянного проживания;

2) в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, отменяют свои решения о признании лица вынужденным переселенцем или продлении лицу срока действия статуса вынужденного переселенца в случае, если оно умышленно сообщило ложные сведения или предъявило заведомо фальшивые документы, которые могут послужить основанием для признания его вынужденным переселенцем или продления ему срока действия статуса вынужденного переселенца.";

г) в подпункте 2 пункта 4 слова "и нормативными правовыми актами Российской Федерации" исключить;

8) в статье 9:

а) подпункт 1 пункта 2 дополнить словами "либо при возвращении в субъект Российской Федерации, территорию которого лицо было вынуждено покинуть, в случае приобретения этим лицом права пользования жилым помещением в указанном субъекте Российской Федерации по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации";

б) абзац первый пункта 3 изложить в следующей редакции:

"3. Территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, лишает лицо статуса вынужденного переселенца в случае, если оно:";

в) пункт 4:

после слова "переселенца" дополнить словами "либо об утрате лицом статуса вынужденного переселенца";

дополнить абзацем следующего содержания:

"Такое уведомление направляется в письменной форме либо в форме электронного документа.";

г) пункт 5 дополнить словами ", и подлежит сдаче в месячный срок вынужденным переселенцем в соответствующий территориальный орган";

д) в абзаце первом пункта 6 слово "жилья" исключить;

9) статью 10 дополнить пунктом 3 следующего содержания:

"3. Формы ходатайства, уведомления о регистрации ходатайства или об отказе в его регистрации, уведомления о предоставлении статуса вынужденного переселенца или об отказе в его предоставлении, уведомления о лишении или об утрате статуса вынужденного переселенца, заявления о продлении срока действия статуса вынужденного переселенца, заявления члена семьи вынужденного переселенца, не имеющего статуса вынужденного переселенца, о согласии на обработку персональных данных, направления на проживание в центре временного размещения или в жилом помещении фонда для временного поселения вынужденных переселенцев, порядок выдачи и направления таких документов в форме электронного документа, подписанного простой электронной подписью, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", включая единый портал, устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции.";

10) статью 11 изложить в следующей редакции:

"Статья 11. Порядок предоставления жилых помещений фонда для временного поселения вынужденных переселенцев

1. Жилые помещения фонда для временного поселения вынужденных переселенцев являются федеральной собственностью, находятся в оперативном управлении территориальных органов федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, и относятся к жилым помещениям специализированного жилищного фонда.

2. Включение жилых помещений в фонд для временного поселения вынужденных переселенцев и исключение жилых помещений из фонда для временного поселения вынужденных переселенцев производятся на основании решения федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции.

3. Жилые помещения фонда для временного поселения вынужденных переселенцев должны быть пригодными для постоянного проживания граждан (отвечать установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства Российской Федерации).

4. Жилые помещения фонда для временного поселения вынужденных переселенцев предоставляются лицам, признанным в установленном порядке вынужденными переселенцами, их несовершеннолетним детям независимо от наличия у них статуса вынужденного переселенца, если вынужденный переселенец и (или) члены семьи вынужденного переселенца, в том числе не имеющие статуса вынужденного переселенца, не являются нанимателями жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилого помещения на территории Российской Федерации.

5. Жилые помещения фонда для временного поселения вынужденных переселенцев предоставляются вынужденным переселенцам в порядке очередности по договорам найма жилых помещений фонда для временного поселения вынужденных переселенцев на срок действия статуса вынужденного переселенца из расчета не менее чем шесть квадратных метров жилой площади на одного человека.

6. Учет вынужденных переселенцев, нуждающихся в жилых помещениях для временного поселения, и принятие решения о предоставлении им жилых помещений фонда для временного поселения вынужденных переселенцев осуществляются территориальным органом федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

7. Вселение в жилое помещение фонда для временного поселения вынужденных переселенцев членов семьи вынужденного переселенца, не имеющих статуса вынужденного переселенца, для совместного проживания с вынужденным переселенцем осуществляется на основании решения территориального органа федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, порядок принятия которого устанавливается федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции.

8. Вынужденные переселенцы из числа нуждающихся в жилых помещениях для временного поселения, проживающие в субъектах Российской Федерации, на территориях которых не создан фонд для временного поселения вынужденных переселенцев, могут обеспечиваться жилыми помещениями по договорам найма жилых помещений фонда для временного поселения вынужденных переселенцев на территориях иных субъектов Российской Федерации, где создан такой фонд.

9. Порядок определения размера платы за жилое помещение фонда для временного поселения вынужденных переселенцев устанавливается Правительством Российской Федерации.

10. В случае расторжения или прекращения договора найма жилого помещения фонда для временного поселения вынужденных переселенцев проживающие в жилом помещении лица обязаны в месячный срок освободить его.";

11) пункт 2 статьи 12 признать утратившим силу.

Статья 2

Абзац шестой пункта 6 статьи 28 Федерального закона от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" (Собрание законодательства Российской Федерации, 2004, N 35, ст. 3607) признать утратившим силу.

Президент Российской Федерации

В. Путин

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: § 5 Закона BVFG / кому может быть отказано в получении статуса позднего переселенца / ПМЖ в ФРГ

Настоящий Закон определяет статус вынужденных переселенцев, органов с вынужденными переселенцами относятся прием вынужденных.